Путь домой

Боровой мост и закат —
небосвод, как пыльный атлас.
Смерть шепнула: «Не сейчас», —
врач кричит: «Разряд!» — и в такт
сердце вздрогнуло. Мозг выл:
«Оживай!» — И свет ударил в зрачки.

Секундант, крути барабан —
мой удел в брезентовом мешке.
В яму — как в старый диван,
на мгновенье — мне быть во тьме.
Земля — как родная постель,
принимает мою плоть.
Омолодился — не видать покой.
Дальше в путь через перегной.

В режиме бога — ни боли,
ни порога — лишь звон в груди.
Восстаю из земли, посреди руин,
и у порога моей плиты —
свадебный вальс до зари,
вера в любовь до седин —
танец невинных душ.
Но ткачиха уже сплела сеть паутин,
и после её крик: «Аркест!» — туш.
Траурный марш — замкнутый круг.

Поднимается солнце, как знамя,
заливает дома и гранит.
Пока по питерским сонным каналам
лёд трещит и звенит.
Чужое тело проплывает внизу —
циник не прольёт и слезу.
Гробовщик протрёт лишь ладони.
Раздастся крик по мостовой:
новости, сплетни, догадки,
падкие СМИ до инфы, шарлатаны, гадалки.

Ты лежишь, а они делят твой стон,
Твою кожу, твой страх, твой последний вздох.
И только закат над Невой
сопровождает, как немой конвой.
Подходит к концу твой долгий путь домой.