Про писателя и читателей

Время подобно воде - из настоящего в прошлое. 
Течет в никуда из нигде, оттуда, где просто в сложно.

Меняется контур тела от крохи в пол метра длинной,
До “на асфальте мелом”. Взрослый, сухой, седой…

И билось сердце так часто тогда, в далекие дни,
По коже скользили мурашки, снились волшебные сны.

А я всё живу-живу, себя сколько помню - поэт. 
При этом совсем не вижу в софитах, на сцене… Нет.

И всё ведь пишу неустанно. Зачем? А черт разберет. 
Быть может я чищу карму, горечь меняю на мед.

Быть может проживши боли, мне легче, что их пишу. 
В шкафу моем много моли, скелетами тоже грешу.

И часто стоит табуретка, под люстрой сижу плету,
Словесную тонкую нитку, что мылом чуть позже натру.

Поэзия - странная штука. Чем больше стихов, тем трудней.
В окно стучится голубка. Насыплю ей чуть сухарей.

Страшно прожить и отдать вам, все что внутри сидит. 
Трусихой хоть быть не пристало, а что-то в нутре дрожит.

Из жара кидает в холод, из мыслей, что “против”, вдруг “за”, 
Живи пока можешь, молод… С заката пиши до утра.

Я рада что вы не носили шкуру, взгляды мои. 
Что вы мной ни разу не были, не знали мысли, мотивы.

Для вас я лишь только текст, буквы рифмы и знаки. 
Ничтожный по сути вес, в колесах у жизни палки.

Я мелкий дождь, что в окне, прохладное неудобство,
Клякса на белом сукне, чашка что об пол бьется. 

Лишь только образ, метафора, шелест полыни, тлен, 
Вечер на краешке леса, сок синих тонких вен.

Мы с вами родные души, больше чем автор и чтец,
Мы тонко умеем слушать стук самых близких сердец.

Мы ищем, находим, теряем, болеем, горюем, горим, 
И будто друг друга знаем, на наречии одном говорим.

Как хорошо, что есть вы, ведь текст без читателя мертв,
Горят пускай в душах костры, тает сердечный лед.

Встречаю тусклые сумерки, заварены мята, кипрей,
Тянет прохладой с улицы, тянется нитка дней…

А я всю пишу неустанно. Я эгоист - для себя.
Но дорожу ни много, ни мало каждым, кто рядом, читает кто эти слова.

26.11.25