Диптих Архип Куинджи

Часть 1. Гений света

Взошла звезда на берегу Азова.
У греков крымских выросших вдали
Родился мальчик, чтобы искусством снова
Раздвинуть горизонты для земли.

Архип Куинджи. Он пришёл к причалу,
Где правил Айвазовский, царь волны.
Но маринист великий лишь сначала
Не разглядел в нём гения луны.

Не унывал юнец, встречая день рассветом,
Ведь преданность искусству в нём жила.
Он стал творцом, великим гением света,
Чьей кистью ночь немая ожила.

Зелёный луч и лунная прохлада,
Секрет сиянья уносил он в высь.
Для магии ему было надо,
Чтоб свет и тень в бессмертии слились.

Пусть критики твердили: «свет угаснет,
И красок блеск уйдёт когда-то в тень»,
Но время подтвердило: мир подвластен
Тому, кто в ночь сумел вернуть нам день.

Прошли года, но полотно лучится.
Откинув мрак и времени закон,
Мы видим вновь — триумф его продлился,
И вечным светом мир заворожён.

Часть 2. Тени света

В нём ожил дух великих мастеров:
Драматургов, философов, поэтов.
И Фидия резец средь мудрецов
Вновь зазвучал симфонией рассветов.

Искусство разное, и каждый волен в нём
Искать свой путь, творить свои миры.
Один холсты сжигает яростным огнём,
Другой покорно ждёт ночной поры.

Где Брюллов и Айвазовский мрак и рок
Писали сквозь безвыходность и пламя,
Куинджи свет, как жизненный исток,
Поднял над смертью словно жизни знамя.

Пока на дальней стороне земли
Горит рассвет, луна нам дарит пламя,
Но над Днепром, где волны пролегли,
Встречать её выходит солнце знамя.

В саду ночном Спаситель предстает,
Он сам — как свет, дарующий спасенье,
Над черной смертью жизнь его встаёт,
Неся земле надежду возрожденья.

Художник укротил ночную тень,
Заставив холст сиять огнём нетленным
Сквозь мрак, и тучи пробивался день,
Открыв дорогу смыслам сокровенным.