Молитва солдата

В землянке сырой, где свеча догорает,
Солдат молодой о былом вспоминает.
Не слышно огня, только капли со стен,
Да тихий, как саван, осенний наш тлен.

Ему представляется: дом за рекою,
Там мама хлопочет с мукой у плиты,
И скалкой круги нарезает — блины,
Как щит от невзгод, от вражды, от войны.

Он слышит, как дверь отворилась чуть-чуть,
Как мама вздыхает: «Сынок, мой родной,
Я сделала, чтобы ты выжил в бою…"
А он ей, смеясь: "Я вернусь, я живой".

А ад этот — лживый, чердачный, сквозной,
Где пахнет войной, а не тестом и рожью.
Он трет кулаком непослушные веки,
Где слёзы — как соль на солдатской щеке.

И вдруг, осознав, что минута прошла,
Что завтра рассвет его к смерти подводит,
Он шепчет, как в детстве, у маминых ног:
«Боже, молю, помоги, нам в бою.

Помоги, если можешь, в разлуке такой,
Испить нам победу, над вражьей рукой.
Укрой нас, как мама — от злого огня,
От стали, свинца, и от злого врага.

Я знаю — не всё Ты решаешь за нас,
Но дай мне увидеть тот утренний час,
Когда я вернусь и скажу: "Мама, здравствуй,
Прости, что не в срок, но вернулся, я счастлив".

Пусть блин тот, что снится, не будет последним,
Пусть поле под нами не станет нам пленом.
Дай сил не сломаться под тяжестью бед,
И дай мне увидеть родимый рассвет.

Дай руку, как мать, что в муке и в тепле,
Дай знак, что не брошен я в этой войне.
А если погибнуть — так с честью, без дрожи,
Как падали предки — на Божьем подножье".

Он смолк. Лишь коптилка мерцала устало.
В блиндаж заползало чужое, как жало,
Свинцовое утро. Солдат встал, как встают,
Когда за спиной — не окоп, а приют.

И с верой той детской, что мама вложила,
Он вышел туда, где земля изошла
Осколками, болью и пеплом чужим,
Но сердце шептало: "Мы всё отстоим".