Я бродяжил по свету немало

Я бродяжил по свету немало
Среди вешней холодной поры,
И тебя я впервые нашел
Для безумной душевной игры.

Я забыл и кабацкий свой норов,
Черно-белую пущую жизнь,
Без упреков и без разговоров
Я шепчу тебе просто: «Приснись».

Пусть поет караван уходящий,
И шумят, все вздымаясь, ветра, —
Этот образ, живой и манящий,
Я согрею теплом у костра.

И когда моя осень настанет,
Очарует тоскою печаль, —
Пусть багряное сердце увянет,
Мне прошедшего вовсе не жаль.

За рекой догорают зарницы,
И вздымаясь летят эти птицы,
Опуская на очи-ресницы
Всё, чему уже больше не сбыться.

Белый дым расстилается в поле
И уходит, стелясь на воде.
Больше сердца не вылечить боли,
Нас таких не найти уж нигде.


Рецензии