Подруги. Алла. Часть 5

«Подруги. Алла»

Часть 5
«Саша»

В бараке я успела выйти замуж. Алла по-прежнему работает на стройках социалистического общества.
Моим мужем стал золотой мальчик во всех смыслах этого слова.  В один из зимних дней мы пошли с Аллой на танцы в дом культуры на улице Гидротурбинной. ДК располагался напротив завода Тяжмаш и являлся его культурным центром.  Там проходили все заводские мероприятия, конференции, собрания, награждения передовиков производства, показывали кинофильмы, а по выходным вечерами были танцы.

Я в детстве ходила в балетную (хореографическую) студию. Я любила классические танцы, а по-современному не умела танцевать. Зато Алла была на коньке. Она живая и раскрепощённая таскала меня по этим танцам и пыталась сделать меня более современной и всё также оберегала меня, заботилась обо мне.
Однажды она купила себе синюю кофту, больше похожую на свитерок,  с воротничком под горлышко, с полосатой вставкой на груди. Когда я её померила, я обомлела. Она мне так шла, особенно к моим синим глазам. От синего цвета кофточки мои глаза стали казаться ещё синее.
- Алла, продай мне эту кофточку. — начала канючить я — Смотри, как она мне идёт.
- Бери. Я тебе её дарю!.
- Ой, спасибо!

Тогда я была очень рада и носила потом эту синюю, как море, кофточку очень много лет и каждый раз думала, почему она её купила, ведь она ей явно была мала. Она изначально была на мой размер. Значит ли это, что Алла покупала её специально для меня.

Наши детские интимные развлечения сошли на нет, но вдруг, она надеялась на их продолжение? Мне от этих мыслей было не по себе. Я всю жизнь была моногамной, самой настоящей девушкой, мечтающей о принце на белом коне и о вечной любви.
У Аллы с малых лет наблюдалась другая склонность. Уже по строению её тела можно было догадаться, что она по натуре мальчик. Она носила всегда короткую стрижку, не увлекалась косметикой, занималась мужскими видами спорта, не играла с нами в куклы, легко находила контакт с парнями.
Я была стеснительной, скромной и с возрастом даже стала завидовать её общительности.
Я гуманитарная девочка, девушка, мечтающая о балете.

Однажды мы с мамой даже ездили в Хореографическое училище в город Саратов.
Я знала, что в такие училища берут не с нуля. Поступающий уже должен иметь базовые навыки — например, посещать детскую балетную студию.
Я как раз занималась в такой студии при городском  Дворце культуры «50 лет Октября». Мы называли его «Полтинник». Меня хвалили. Я танцевала на настоящих пуантах. Правда пачки у нас были из марли, зато в накрахмаленном виде смотрелись не хуже капроновых.

 Преподаватели Саратовского хореографического училища долго  оценивали выворотность ног, подъём стопы, растяжку, музыкальность, чувство ритма, артистизм и сказали:

- Девочка хорошая, растяжка, способности всё есть, но поздно вы приехали. Мы берём детей после четвёртого класса. По возрасту мы не можем её взять.

В поезде я так плакала, что весь вагон меня утешал. Вот так и получилось, что гуманитарная девочка пошла учиться в машиностроительный техником, а грубоватая подруга Алла утёрла мне нос современными быстрыми движениями на танцплощадке. Но зато, когда объявлялся медленный танец,  меня приглашали, а её нет.

Внешне я была симпатичной хрупкой девушкой с кудрявыми тёмными волосами и с голубыми глазами. Редкое сочетание. В моём взгляде чувствовалась романтическая душа.

Это подкупило парня, который пригласил меня на медленный танец. При знакомстве он назвался Сашей.

Домой мы шли уже втроём: Алла, я и Саша. Алла была весёлой. Всю дорогу от Дома культуры до района бараков она рассказывала анекдоты, блатные стишки и присказки.

Выходя из фойе на улицу, она, не стесняясь, громко на всю улицу кричит:
- Уф, вся тела вспотела!

Всю дорогу слушали её анекдоты, порой даже непристойные, но ей всё прощалось. Она так увлечённо их рассказывала, изображая в лицах, помогая себе движениями рук и ног. Рассказывая анекдот про трёх медведей, меняла походку и тембр голоса. Ей бы артисткой быть.

- Вот послушайте, - говорит Алла — Жили-были три медведя, возвращаются они домой. Михайло Иванович подходит к своей кровати и говорит: «Кто спал на моей кровати? Кто её помял?». Медведица Настясья Петровна подходит к своей кровати и, всплеснув руками, говорит: «Кто спал на моей кровати? Кто её помял?»  Маленький Мишутка идёт к своей кровати, видит на ней спит Машенька и говорит: «Выключайте свет. Утром разберёмся!»

Мы смеёмся. Алла смеётся очень громко, рассказывает громко. Дорога к баракам идёт вдоль заводской стены, так что, мы никому не мешаем.

Алла продолжает:
- Вот другой анекдот, приличный про Василия Чапаева и его друга Петьку. Представьте, что на улице грязь, только что прошёл дождь, а Василий Иванович пришёл к Петьке лампочку поменять на потолке, встаёт грязными сапогами на стол. Петька ему и говорит: «Василий Иванович, ты бы хоть газетку подстелил!» «Ничего, - отвечает Василий Иванович — я и так достану!»

Всю дорогу она не замолкала. Сама про себя Алла говорила: « Я — попрыгунья стрекоза, стрекозунья попрыгла!»

К каждому слову у неё находили присказки:
- У меня глаз, как алмаз, берегу его для вас!

  Когда мы подошли к бараку и стали прощаться, Алла нам пожелала спокойной ночи так:
- Спокойной ночи, а с полночи кирпичи ворочать.



Продолжение следует.