Август
Над полями плывут тяжёлые, но не грозные облака – они напоминали вату, которую кто-то небрежно разбросал по синему полю неба. Трава по обочинам дорог начинала желтеть и в её оттенке уже угадывалась осень, не холодная, а тихая, осторожная, будто ступает на цыпочках, пробуя землю ногой.
В этот год Ильин день выпал на ясную погоду, и старики говорили в деревне: «На Илью до обеда – лето, после обеда – осень». И правда, утром солнце палило так, что даже тени казались тёплыми, а к полудню небо будто чуть потускнело, и воздух стал суше. Люди по лугам собирали последние, крупные ромашки и верили, - если успеть загадать желание до заката, оно обязательно сбудеться – ведь Илья-пророк в этот день обязательно слышит просьбы.
Ласточки носились низко над землёй, будто примерялись к дальним дорогам, а скворцы собирались в шумные компании на проводах и громко торопливо переговаривались, словно обсуждая маршрут полёта. В лесу дрозды клевали спелую рябину, и ягоды, ещё не тронутые холодом, были сладкие, почти медовыми.
По утрам всё ещё лежала роса – тяжёлая, холодная, и листья от неё казались посеребрёнными. А к полудню солнце снова возвращало тепло, и капли исчезали, будто их и не было. Но в этом исчезновении уже чувствовалось что-то прощальное – лето словно старалось напоследок согреть каждую травинку, каждый камешек.
К концу августа в лесу начинались перемены. На опушках краснела брусника, а в тенистых местах пробивались первые грибы – крепкие с темными шляпками, будто нарочно прятались от солнца. Ветер стал чаще менять направление, приносил с собой запах далёких полей и сырой земли. И даже воздух будто стал гуще, тяжелее, как будто набрался осенней влаги.
Лето уходило, чтобы уступить место осени, и в этом нет беды – только естественный, красивый круг жизни, который повторяется каждый год, даря новые воспоминания и новые надежды
Свидетельство о публикации №126080302295