Из Чарльза Симика - Яркий эпизод

                Чарльз Симик               

                Яркий эпизод

                У меня была крошечная роль без слов
                В кровавой эпопее. Я был одним из тех,
                Кого бомбили и кто спасался от людей.
                Вдалеке наш великий вождь
                Кукарекал с балкона словно петух.
                Или это был великий актёр,
                Изображающий нашего великого вождя?

                "Это я" - сказал я детям.
                Я был зажат между мужчиной
                С двумя поднятыми забинтованными руками
                И старухой с открытым ртом,
                Словно она показывала нам зуб.

                Всё было очень плохо. Сотни раз
                Я перематывал плёнку,
                Но не мог разглядеть себя
                В той огромной серой толпе,
                Не отличавшейся от любой серой толпы.

                "Марш в койку" - наконец сказал я.
                Я знаю, что был там. Один дубль,
                И это всё, на что у них хватало времени.
                Мы бежали и самолёты задевали наши волосы,
                А после они пропали.
                Мы стояли в оцепенении посреди горящего города,
                Но это, конечно, они не снимали.

 Примечание: Стихотворение о ничтожности "маленького человека", безумной серой толпе и сумасшедшем вожде - прообразе Муссолини, наслаждающимся своим величием перед покорённой толпой, надменно смотрящем на жалких людишек с балкона, заворожённых речью вождя итальянского народа. Это очень известные кадры хроники, которые, я уверен, многие видели.
               
       Cameo Appearance

I had a small, nonspeaking part
In a bloody epic. I was one of the
Bombed and fleeing humanity.
In the distance our great leader
Crowed like a rooster from a balcony,
Or was it a great actor
Impersonating our great leader?

That's me there, I said to the kiddies.
I'm squeezed between the man
With two bandaged hands raised
And the old woman with her mouth open
As if she were showing us a tooth

That hurts badly. The hundred times
I rewound the tape, not once
Could they catch sight of me
In that huge gray crowd,
That was like any other gray crowd.

Trot off to bed, I said finally.
I know I was there. One take
Is all they had time for.
We ran, and the planes grazed our hair,
And then they were no more
As we stood dazed in the burning city,
But, of course, they didn't film that.