Еще одна фантазия

       Горели свечи, но одна упала...
       Примета не к добру, гласит молва.
       Как рано всё же Пушкина не стало.
       Не пуля убивает, а – слова.
       /М. Бузина. Большое вознесение/

И шпаги звон, и пистолета выстрел
Фатально ни к чему, когда
Любой был честен, благородно мыслил
И правильные выбирал слова.

Предупредительный, спокойный,
Любви и почестей достойный,
Упрямый, ревностный соперник,
Способный ждать и ублажать,
О ком нельзя было узнать
Из «Новостей» дневных, вечерних,
Что он со зла, обиняка
Призвал к барьеру свояка.
И, с нарушением правил,
Его смертельно ранил.
И что теперь убийцу ждёт
Опасный жизни поворот...

Всё было б просто по-другому,
(Вам говорю, как на духу,
Как лучшему из всех врагу,
Но слава Богу, незнакомым).
Представьте, там под сенью ель,
Словесная прошла дуэль
Без нанесения свояку
Увечий и смертельных ран
Такой вот псевдо- Tireur, Marksman.
Хотя слова лились конкретно,
И аккуратно, и корректно.

Но, лишь закончилась дуэль, –
И слов закрылся арсенал, 
Некрепкий выпили коктейль,
И разбрелись по сторонам.
Разделись, снова нарядились,
Друг другу в пояс поклонились,
Признали все свои ошибки,
Зевакам поднесли визитки,
В сердечной дружбе поклялись,
Расплакались и обнялись.

Когда-то оба из повес,
В разнос сердца крушивших дам,
С любовью к ним напополам,
Что, кто был Пушкин, кто – Дантес
Кого ругать, кого учить,
Сам чёрт не смог бы различить,
И даже, полная слезой,
Та, что звалась его женой,
Подругой самых светлых дней
И матерью его детей.

Но в заключении не об этом.
О том, что тот не прожил дня,
Кто до дуэли был поэтом,
А не на службе у царя.
***