00 817

гуляли просто так, сбивая ноги в кровь
в ладонях — Минск, саднит немного бровь
и нервный тик от сигарет кривит лицо
но город не запомнит тебя подлецом
а запомнит человеком маленьким, тайным
который с Машей, Светой, Викой и Таней
просто гулял, просто был самым нужным
для себя сейчас отважным и очень послушным
этот человек ругался, курил и шутил
он проживал день, как последний, он точно любил
Октябрьская всех ютила и грела
и даже дядю Ленина, лысого, как колено
серебряного от акцизного станка
чихающего по звонку и от звонка
на «Крыштале», там звон бутылок бил набат
но человек не спрашивал, кто виноват
мы сами, да, спасибо, дядя Сталин
мы всё очень эпично проебали
теперь средневековье, тупоголовый трёп
сегодня есть, а завтра — хоть потоп
и даже стих этот — выблюй, подотрись
поэзия мертва, но привстаёт на бис
и я не напишу сегодня лучше, чем вчера
гуляли просто так, мы убивали вечера
ладони — Минск, а череп — пустота
ты кто такой и в чём твоя вина?
что ты о мире знаешь? я маленький человек
с зашитою изнанкой губ и век
я сделал это сам, я сам себя казнил
кто подо мною раб, а кто мой господин?
что делаю здесь? с кем я? куда иду?
среди друзей не сосчитать проклятых Иуд
но этот вечер чётко расставил все «ё»
корзина с дарами, не грязным бельём
в руках моих: слово, надежда, закон
я здесь остаюсь, я не хочу за кордон
мне есть, что терять теперь, есть смысл верить
сомненье уходит, как дым сигаретный
и крошится грусть под подошвами «вонсов»
всё, что было раньше, совсем не серьёзно