Над полынью

Над полынью — луна, над луною — небесный свод,
Я пою о любви, словно радостный Дон Кихот.
Мне так сложно забыть твой глубокий и нежный взгляд,
Ты похожа на птицу, на голос речных наяд,

Под тобою — дома, ты мечтаешь средь облаков.
И лоснишься волною к изгибу морских берегов.
Они тихо журчат, и трепещет иссиний край,
Он целует песок, как влюбленный. Святой февраль

В город тихо идёт, вюгой заполошив весну
Я мечтаю, я верю склоняюсь сейчас лишь к тому,
Чтобы книги писать. И сегодня вовек не усну,
Буду как ювелир шлифовать свое слово к утру.

Чтобы стало оно четче ритма, острее ножа,
Чтобы в людях рождалась величественная душа,
И к апрелю мой разум распустится словно цветок,
Я пою о любви и о женщине, точно пророк.

Смейся, смейся, родная, я скоро вернусь за тобой,
Чтоб улыбка живая будила во мне огонь.
То что стало единым, то ткань, полотно наших дней.
Ни могу дня прожить, чтоб расстаться с мыслью о ней.

Я срываюсь на бег, и по голову в диких цветах,
И не вижу тропы, над полынью сияет луна,
Она чертит мне путь. Окунаюсь до самого дна
Стану ветра потоком в этих восточных горах.

           ***

Дома будет ждать дочь, ее милая водит ко сну,
Я целую дитя, что похожа на мою весну.
Тихий трепет ресниц, мирный облик, её колыбель,
Я играю на лютне, как древний старик-менестрель.

Вторю голосу  девушки, что любил всех сильней.