Платье

Он всё ещё тут, этот мешок.
Не могу просто выкинуть его с этим содержимым. Это же просто старые вещи, верно? Не могу представить, что то платье просто стоит в мешке у мусорных баков, как какой-то хлам, что туда выбрасывают люди. Дело вовсе не в новизне и пригодности вещей. Дело в их истории. Старшее поколение всю жизнь хранило такие платья с дня свадьбы. Они надевались всего раз, а висели потом на плечиках и в чехле десятилетиями. Чтобы что? Это вовсе не традиция. Это не тяга копить пожитки. Это значение и значимость некоторых вещей в нашем сердце. Может быть я его сейчас достану, постираю на бережном режиме и упакую в пакет? Не знаю. В этом будто бы нет рационального смысла. Но это практически единственное материальное напоминание из того дня. Это кусочек моей личной истории. Не какой-то обезличенной истории из учебника, а настоящая история двух людей. Глупо? Может быть. Не во всём должна быть рациональность, мы не бездушные машины. Если ко всему и всем относиться как к временному, как к тому, что можно в любой момент выбросить на свалку, тогда что вообще в этой жизни есть настоящего? Не умею я обесценивать что угодно, не иметь смыслов, почти как те самые насекомые однодневки. Словно тебя не было вчера и никогда не будет завтра. Только сегодня. Не могу относиться к чему угодно, как к безделушке, чья функция — скоротать время. Попользовался и выбросил? Не моя философия. Не могу жить так, словно нет ничего, кроме сегодняшнего дня.
Да, я сделал это. Вытащил и закинул в машинку.
Не готов выкинуть его. Не потому, что цепляюсь. А потому что оно твоё, оно символизирует тебя и тот день. Я помню твоё счастье в глазах. Когда и если буду готов, что-нибудь с ним придумаю. Но не вот так. Это слишком личное. Это просто слишком... Это как ещё раз порвать те открытки, что ты мне подарила. Не готов. Не сейчас. Может быть никогда.
И как бы возможно ни было странно, несмотря на то, что я много лгал в прошлом, говорил неправду. Но тем не менее, я всегда ценил что-то настоящее, живое, греющее душу и сердце. Я никогда не умел и не научусь относиться ни к людям, как к безделушкам, ни к вещам, что связаны с этими людьми.
Мне тяжело выбрасывать всё это.
Словно никто ничего не значит.
Будто любого человека можно выбросить, от любой вещи избавиться.
Не все старые вещи — мусор.
Люди — не мусор.