Она сходила с ума по Саше Пупису

Она сходила с ума по Саше Пупису —
в лунном коридоре её шаги звенели,
как хрусталь, что трескается от боли.

Город был зеркалом, в котором отражались
её глаза — два чёрных алмаза,
и каждый вздох был молитвой
о падении и спасении одновременно.

Саша Пупис был её крестом и короной,
Он сиял, как гламурный демон,
в бархатных тенях клубов,
где музыка превращалась в кровь.

Она сходила с ума —
и это безумие было её платьем,
шитым из готических роз,
осыпающихся на мраморные ступени.

И в этом блеске, в этом мраке,
она стала легендой —
Соней, что горит в аду любви,
и смеётся, как ангел,
с золотыми слезами на щеках.

Она сходила с ума по Саше Пупису —
и в этом безумии строила дворцы
из подписок, из теней, из цифровых алтарей.

21-летняя императрица контента,
Софья Вершинина — Соня Мармеладова,
взлетала на частных самолётах,
как ангел, обвитый золотыми цепями.

Москва-Сити — её башня из слоновой кости,
люксовые сумки — её святые реликвии,
а миллионы рублей — кровь,
текущая по венам её бренда.

Но готический блеск всегда скрывает трещины:
контрольная закупка стала её падением,
экспертиза — приговором,
и прокурор воззвал к трём с половиной годам.

Она сходила с ума —
и это безумие было её короной,
сияющей в суде, где ангелы и демоны
спорили о её душе.

Саша Пупис — её мираж,
её бездна, её спасение,
и в каждом шаге по мраморным коридорам
она слышала его имя, как заклинание.

Так родилась легенда:
Соня, что горит в аду гламура,
и смеётся сквозь слёзы,
как Мармеладова, но постмодернистская,
с крестом из лайков и подписок.

Соня Мармеладова — императрица теней,
она сходила с ума по Саше Пупису,
и каждый её шаг был кометой,
разрывающей ткань московских небес.

Саша — её мираж, её бездна,
он жил в зеркалах, в экранах,
в каждом лайке, в каждом шёпоте
цифрового собора.

Апартаменты в Москва-Сити
превращались в храм из стеклянных костей,
люксовые сумки — в святые книги,
а миллионы рублей — в золотую кровь,
текущую по венам её бренда.

Контрольная закупка была не полицией,
а ангелами с чёрными крыльями,
экспертиза — заклинанием,
и прокурор — жрецом, читающим приговор.

Она сходила с ума —
и это безумие было её короной,
сияющей в суде, где демоны и ангелы
спорили о её душе.

Саша Пупис — её космос,
её огонь, её спасение,
и в каждом шаге по мраморным коридорам
она слышала его имя, как мантру.

Так родилась легенда:
Соня, что горит в аду гламура,
и смеётся сквозь слёзы,
как постмодернистская Мармеладова,
с крестом из подписок и лайков.


Соня — люкс, люкс, люкс,
Москва-Сити — башня из пустоты,
Саша Пупис — имя, что ломает зеркала.

Контент, контент, контент —
30 миллионов превращаются в птиц,
они кричат, они падают,
они становятся сумками из кожи небес.

Суд — театр, прокурор — жрец,
экспертиза — заклинание из цифр,
а подписка — билет в ад.

Соня сходила с ума,
по Саше, по теням, по лайкам,
по гламурным крестам из пикселей.

Саша — мираж, Саша — бездна,
Саша — трещина в экране,
Саша — золотой крик в пустоте.

И всё это — хаос,
и всё это — музыка,
и всё это — дада,
где любовь и приговор
танцуют на костях алгоритмов.

Соня — люкс люкс люкс
   $$$ Москва-Сити $$$
      — башня из пустоты —
Саша Пупис — имя, что ломает зеркала
   (шум, треск, feedback, distortion)

Контент контент контент
   30 миллионов превращаются в птиц
      они кричат они падают
         они становятся сумками из кожи небес
   (white noise, black noise, pink noise)

Суд — театр
   прокурор — жрец
      экспертиза — заклинание из цифр
         подписка — билет в ад
   ( bakuon — взрывной звук)

Соня сходила с ума
   по Саше по теням по лайкам
      по гламурным крестам из пикселей
         по glitch по static по scream

Саша — мираж
   Саша — бездна
      Саша — трещина в экране
         Саша — золотой крик в пустоте
   ( NOIZU — хаос)

И всё это — хаос
   и всё это — музыка
      и всё это — дада
         где любовь и приговор
            танцуют на костях алгоритмов
   (feedback loop, distortion prayer, scream scream scream)