Островок тишины

Когда земля дрожит под сапогами дней,
и небо рвётся на куски холодным ветром,
я всё ещё ищу среди чужих теней
ту, чьи глаза не лгут и не горят запретом. 

Мне снилась девушка с обычной простотой —
не кукла, не икона, не пустой сосуд.
Смеялась тихо, пила чай с листвой,
и руки её пахли хлебом и садом. 

А мир вокруг — как раненый зверь,
рычит, кусает, требует крови и крика.
Война ползёт по улицам, как зверь,
и души ржавеют от долгого крика. 

Я думал: вот она, живая, настоящая,
не маска, не игра, не чужой сценарий.
Но вдруг в её словах прорезалась чаща,
где тени пляшут без стыда и меры. 
Не суди её жестоко. Люди — странные звери.

В них бродят тараканы разных мастей:
кто любит только свет, кто — тьму и звери,
кто ищет ласку там, где боль острей. 
Я смотрел на фото — и обед встал комом.
Не от гадливости одной, а от усталости.

Как будто снова кто-то вынул из дома
последний тёплый свет и бросил в пропасть. 
Почему же так? Почему всё время рядом
либо чужая жизнь, либо чужая боль?
Либо кольцо на пальце, либо странный яд,
что называется «любовью» лишь на зло. 

Я не ханжа. Я просто очень устал
искать среди обломков целый голос.
Хочу не идеал, не святость, не кристалл —
а человека, который не предаст под голос. 
Пусть война идёт. Пусть твари развлекаются.
Пусть кто-то ищет радость в странных снах.

А я останусь здесь, где звёзды остаются,
и буду ждать, пока не кончится страх. 
Когда-нибудь придёт она — не с фотографий,
не с громких слов и не с чужих желаний.

Придёт тихо, как дождь после жары,
и скажет просто: «Я тоже ждала». 
И мы не будем говорить о тараканах,
о странных вкусах, о чужих грехах.

Мы будем пить чай, смотреть на облака
и молча знать, что мир ещё не сгинул в прах. 
Потому что даже в самой чёрной ночи
остаётся место для тихого огня.

Даже когда душа почти что хочет
закрыться навсегда и не пускать меня. 
Я всё ещё ищу. Не потому что верю
в сказку, а потому что жив.

И если снова кто-то принесёт мне зверя
вместо тепла — я просто уйду в тишь. 
Но если вдруг она окажется живой —
не маской, не игрой, не странной тенью, —
я протяну ей руку через весь покой
и скажу: «Давай начнём с обычного дня». 

Без войн внутри, без тараканов в голове,
без фото, от которых тошнит до дрожи.
Просто два человека на одной земле,
которые ещё умеют быть похожи
на тех, кем были до того, как мир сошёл с ума. 
И пусть война ревёт где-то вдали.
А мы построим маленький островок тишины,
где можно просто быть. Без лишней боли.
Где можно просто жить. И не бояться.