Он рядом

Сквозь века и сквозь штормы, сквозь боль и года,
Он смотрел на нас тихо, не требуя «да».
Даже если мы прятались в тень от стыда,
Он шептал: «Я с тобою, ты — не навсегда
Потерян, не сломлен, ты просто устал,
Я тебя подхвачу, чтоб ты снова встал».

Бог любит нас не за подвиги и не за слова,
А за то, что душа хоть чуть-чуть ещё жива.
Когда вера сгорает, как старый костёр,
Он становится светом, что греет без слов.
Он рядом, когда мир становится слишком чужим,
И шепчет: «Ты не один, я тебя сохраню».

Мы теряли себя в суете городов,
Забывали, что сердце — не камень, не лёд.
Но Он видел сквозь маски, сквозь тысячи слов,
Видел страх, что ночами нас тихо грызёт.
Не судил за ошибки, не ставил клеймо,
А тянул свою руку сквозь время само.

Бог любит нас не за подвиги и не за слова,
А за то, что душа хоть чуть-чуть ещё жива.
Когда вера сгорает, как старый костёр,
Он становится светом, что греет без слов.
Он рядом, когда мир становится слишком чужим,
И шепчет: «Ты не один, я тебя сохраню».

В истории древней и в каждой судьбе
Есть след Его милости — в добром тепле,
В том, кто руку подал, когда падал вниз,
В тишине, что шептала: «Держись, держись».
Он не ждёт идеальных, не ждёт без греха,
Он ждёт тех, кто плачет и шепчет: «Помоги».

Бог любит нас не за подвиги и не за слова,
А за то, что душа хоть чуть-чуть ещё жива.
Когда вера сгорает, как старый костёр,
Он становится светом, что греет без слов.
Он рядом, когда мир становится слишком чужим,
И шепчет: «Ты не один, я тебя сохраню».

Когда мы закрывали все двери в сердцах,
Он стучал не ударом, а тихим «здесь я».
Даже в самой глубокой, глухой темноте
Он зажигал надежду, как маленькую звезду.
Не за заслуги, не за дела и не чин,
А просто потому, что ты — Его сын, Его дочь.

Бог любит нас не за подвиги и не за слова,
А за то, что душа хоть чуть-чуть ещё жива.
Когда вера сгорает, как старый костёр,
Он становится светом, что греет без слов.
Он рядом, когда мир становится слишком чужим,
И шепчет: «Ты не один, я тебя сохраню».

И пусть мир говорит: «Ты уже не спасён»,
Он тихо ответит: «Я знаю твой путь».
Он помнит каждый шрам, каждый тихий стон,
И не даст тебе в пропасть с обрыва шагнуть.
Даже если ты сам в себя верить устал,
Он верит за двоих — и этого хватит сполна.

Бог любит нас не за подвиги и не за слова,
А за то, что душа хоть чуть-чуть ещё жива.
Когда вера сгорает, как старый костёр,
Он становится светом, что греет без слов.
Он рядом, когда мир становится слишком чужим,
И шепчет: «Ты не один, я тебя сохраню».

Пусть история пишет про битвы и гром,
Но самая главная правда — про дом,
Про ту руку, что держит, когда шторм и мрак,
Про любовь, что не требует никаких наград.
Он не просит поклонов, не ищет похвал,
Он просто хочет, чтоб каждый из нас знал:

Бог любит нас не за подвиги и не за слова,
А за то, что душа хоть чуть-чуть ещё жива.
Когда вера сгорает, как старый костёр,
Он становится светом, что греет без слов.
Он рядом, когда мир становится слишком чужим,
И шепчет: «Ты не один, я тебя сохраню».