Элегия для перфоратора с оркестром
в стиле любимой босса новы...
Куплет 1:
Нам зодчий-мошенник всучил этот фантик блестящий,
Назвав «Гранд-Парнасом» кусок из говна и вранья.
Здесь стены из гипсокартона — звук леденящий:
Я слышу, как в тридцать седьмой размножается тля.
Фасад облицован дешевой китайской панелью,
Которая в марте сползает, как кожа змеи.
Мы стали элитой! Что же не рады мы новоселью?
Штурмуем с утра лифтовые колодцы свои.
Припев 1:
О, дивный наш чат в Телеграме — «Содом и Гоморра»!
Где бьются за мусор, за коврик, за кал у крыльца.
Здесь каждый — философ, маньяк или жертва надзора,
И каждый готов искусать своего близнеца.
Куплет 2:
Сосед мой, румяный дебил с дефицитом морали,
Решил, что балкон — это личный свинарник и склад.
Он курит махорку, чтоб мы в духоте — не скучали,
И в вентиляцию гонит сей едкий пронзительный смрад.
А снизу — «Школа Успеха» в кредитном угаре,
Коуч вещает про «рост» и «духовный прыжок».
Мы все, как селёдки, в одном пережаренном кляре,
И бьётся об стенку наш общий пустой кошелёк.
Куплет 3:
Парковка! О, битва титанов в грязи под шлагбаумом!
Там дама на «бентли» (в кредите до судного дня)
Сцепилась с таксистом, рычащим вербальным напалмом,
Чтоб выжечь дотла остатки безумного дня.
Здесь «кузов к борту» — это форма любви извращённой,
Здесь «зеркало с корнем» — как жертва суровым богам.
И ты, припарковавшись, уходишь душой очищенной,
Хотя до подъезда бежишь по чужим головам.
Припев2:
О, дивный наш чат в Телеграме — «Содом и Гоморра»!
Собрание гуру, юристов и злых матерей.
Здесь яд разливают в преддверии каждого спора,
Скрывая за ширмой изнанку обычных людей.
Куплет 4:
А ночью... О, ночью вступает симфония быта!
Я знаю, когда у полковника капает кран.
Я слышу, как чья-то любовь, безнадёжно разбита,
Скулит за стеною, уткнувшись в пустой барабан.
Но вдруг — перфоратор! В три ночи! Святое причастье!
То тайный стахановец сверлит дыру в пустоту.
Он ищет там смысл, или клад, или капельку счастья,
И вязнет сверлом глубоко в воспалённом мозгу.
Куплет 5:
Управа прислала счета — это гимн мазохизму:
За «музыку ветра, влетевшего в злую трубу»,
За «верность идеям» и «вклад в торжество оптимизма»,
И просто за нашу с прописанным ЖЭКом судьбу.
Мы кормим невидимых слуг, чьи счета на Багамах,
Пока наш мусоропровод рыгает и стонет во сне.
Мы — гордые узники в этих бетонных пижамах,
Со списком должников на облупленной ветром стене.
Финал:
Я выпью дешёвый коньяк, закушу тишиною,
Которая длится секунд пятьдесят, ничего не суля...
Мы — дольщики неба. Мы связаны общей стеною,
Под нами дрожит и уходит куда-то земля.
Я трону струну — пусть вибрирует этот скворечник,
Пусть трещина в холле дойдет до основ бытия.
Мы все здесь проездом. Мы каждый — жилец и конечник,
В студии площадью «чуть больше, чем (просто совсем них...)/Диогена — бадья».
https://disk.yandex.ru/d/DuVq1QUluiUuMQ
Свидетельство о публикации №126080100378