Тела-билеты в высший свет...
Знакомая уже картина.
Но вот не факт, что в двадцать пять
На Каннском будешь выступать.
Что покоришь весь белый свет
Своей игрой, талантом — нет.
Похоже, здесь игра другая,
Всё на виду, совсем простая.
На том стоит сейчас наш свет:
Талантов мало… даже нет.
А вот людская зависть гложет —
На пьедестал бы кто поможет?
Взойти за тело молодое,
Пока не тронуто, живое.
Оно — ваш пропуск в фавориты,
Куда другим пути закрыты.
Пусть этот мир порой жесток,
Не ценит душу, лишь порок.
С экрана смотрят все на нас —
Один и профиль, и анфас.
Но я не стану примерять
Чужие маски, врать и лгать.
Мне дорог мой по жизни шаг,
Мой честный, непродажный знак.
Не ради лайков и хвалы,
А ради смеха детворы —
Чтоб в каждой строчке, запятой
Звучала жизнь с моей игрой!
Свидетельство о публикации №126073105764
При этом для меня важно не уйти в чистую злость. Да, система цинична, но мне дороже не просто её ругать, а удержать в тексте что‑то настоящее. Финальные строки про смех детворы и честный труд — это мой тихий противовес. Здесь я чувствую перекличку с гражданской поэзией Евтушенко и Рождественского: у них социальная нота никогда не отменяла человечности, и голос оставался живым, личным. Как будто ты говоришь: „Да, мир устроен вот так, но я выбираю другое“. Именно это „другое“ и хочется сохранить в стихотворении.
А ещё мне близка свифтовская манера прямо проговаривать механизм: не прятать, а называть вещи своими именами — от этой прозрачности сарказм становится даже жёстче. Я не пытаюсь придумать сложную загадку: вот правила игры, вот цена входа, вот что происходит. И на фоне этой холодной ясности особенно важны тёплые, тихие вещи — тот самый честный шаг, который никому не продать.
Елена Цветушкова 31.07.2026 16:51 Заявить о нарушении