Вызревший градус

Любовь поначалу - беспечный огонь,
Что искрами пляшет во мгле.
Её не загонишь в глухую ладонь,
Она рассыпает в золе.
В ней каждый порыв - золотая струна,
В ней отблески быстрых комет.
Но время меняет её семена,
И пламя иной дарит свет.

Но время, как горн, закаляет огонь,
Он больше не скачет, не жжёт.
Он угли сгребает в сухую ладонь,
Где ровное пламя течёт.
Он стал молчалив, и тяжёл, и глубок,
Без искр, без шальных языков.
Но греет тот камень, тот глиняный бок
Основой грядущих веков.

А прежние искры - лишь дым на ветру,
Их первый же ливень зальёт.
Бесследно исчезнут, как тени поутру,
Как пыль, что метелью метёт.
Но пламя, что тихо вошло в глубину,
Став сердцем подземных пород,
Способно держать ледяную волну,
В которой бессилен и лёд.

В такой уже жар, в этот скрытый костёр,
Где нет ни границ, ни оков,
Шагни - и узнаешь бессмертья простор,
В безмолвье последних шагов.
Ведь лёгкие искры - на пять-десять дней,
На несколько беглых недель,
А тот, кто горит в глубине, всё сильней,
Врачует любую метель.