О поэтах

Занавешен строительной кисеёй и под нею лесами украшен
Дом, в котором один поэт написал, что другой убит и не страшен.
Объяснял потом, что был, мол, хвор, на нервах и, типа, вспылил,
Верноподданно каялся, но отрекаться не стал, а после недолго и не счастливо жил.
Да разве их двое только, недописавших, не поживших сполна!
Интересно, а так у всех или Россия и в этом роде одна?
Как другой непоживший сказал, рифмуя «поэт – пистолет»,
Кто трагически кончил свой век – настоящие. Только это неполный портрет,
Потому что течение жизни так часто бывает трагичней конца,
Если вспомнить
опальных,
непризнанных,
неизданных,
изгнанных,
но не потерявших лица.
А даже и потерявших… Кто возьмёт на себя этот груз и осудит,
Забыв, что мы все – и они – не больше, чем люди?
Шкала для таланта и мера мирская для прочих вещей –
Из разных вселенных. Возможен ли гений-злодей,
Не знаю, но нравственности образцом, но праведником беспорочным
Обязан и может ли быть он… Сомнительно очень.
Есть на свете безвкусный и скучный дистиллят аш-два-о,
Есть весёлый бродяга, хмельной и опасный, – вино.
Я согласен, метафора так себе, однако же что-то в ней есть,
А именно то, что поэты опасны, ведь иначе откуда бы честь
Наказанья - от кесаря, шельмования - от толпы,
Ах, пардон, от читательской аудитории. Но, господи, как же они глупы
В убеждении, что нет человека – нет проблемы, и забывая про слово!
Оно-то в огне не горит и не тонет в воде, безусловно,
И ветер его не уносит, а только разносит, как пух тополей, вертолётики клёнов,
И сеется то, что страшит и князя с дружиной, и челядь, и всяких бурбонов:
Чувство собственного достоинства, милосердие, любовь, бескорыстие,
И смелость иметь своё мнение, и тяга делиться мыслями…
Список неполный, конечно, но это же только плюс.
Много в нём, значит, хорошего-разного. Я к нему вот тоже стремлюсь.
И об авторе ежели речь уж зашла, то отнюдь для него не секрет:
Рифмоплёт не равен поэту, то есть на собственный счёт иллюзии нет.
Ну а дом на Садовой когда-нибудь
отремонтируют или
реконструируют, или
отреставрируют,
И он, весь нарядный такой, принимать экскурсантов начнёт, завлекая той самой квартирою,
Где один поэт написал, что другой убит.
И в пензенской один, а второй в пскопск'ой глухомани зарыт.
Некрасивые в жизни. Нелепые в смерти. Оставшиеся в веках.
В своих стихах.

2026