Триптих

* * *

Живут слова здесь стаей воробьиной:
Не пыжатся, не мудрствуют лукаво,
Не биты бессловесным хунвейбином,
Не кляты грамматическим указом.

Ты веришь им, но просишь и боишься,
Что подтверждает максима простая:
Глаза закрыв, ты снова видишь их же —
Всклокоченные ветром птичьи стаи.

Карман оттянут собранные камни,
Курочит время нежными руками
Столетия нехоженой брусчатки.

Пусть возраст путь прокладывает в кризис,
В котором не черновики — эскизы,
Наброски и — конечно — опечатки.

* * *

Наброски и — конечно — опечатки, —
Любимые приблуды буквоеда,
Гурмана синтаксической клетчатки
С вопросом для иммунного ответа:

Зачем же ты бросаешься словами,
Давно живя в большом стеклянном доме?
Ты сам себе пример согласований,
Поэм своих откормленный питомец.

Пока бурлив поток яремной вены,
И сердце бьётся сочно, вдохновенно,
Большие гарантируя сюжеты,

Пусть солнце над тобой стоит в зените,
А повод не проснуться знаменитым
Достаточный имеешь ведь уже ты.

* * *

Достаточный имеешь ведь уже ты
Резон, чтобы не радоваться рано,
Чтоб видеть разрушения и жертвы
Глазами сердобольного тирана;

Услышать обездоленные всхлипы,
Опробовать безадресную жалость,
Которой применение могли бы
Слова найти, друг другу подражая.

С дубины суковатой взятки гладки,
Тих плач над молоком в сухом остатке
И колокол, звонящий по себе же...

Пусть вечер замирает в этом звоне,
На цинковом краю, в опасной зоне
Ответственности силы центробежной.