Ураган

Он грянул с ходу, залпом, без запинки,
Как будто марлю неба разорвал.
В саду, как в буйной сумасшедшей стирке,
Крутился лист, как сёрфер-экстремал.
И не понять: где пыль, а где зарница,
Где стон сирени, согнутой в дугу.
И ночь была, как мокрая страница,
Приклеена к дверному косяку.
И в этой слизи, в этом мраке пресном
Рождался день, омытый и воскресный.

Гремели водосточные тимпаны,
Срывался голос, бился на куски.
Ограды рушились, как истуканы,
Под натиском невидимой руки.
Ты был как вздох, затерянный в раскате,
Как крик грачей, летящих кувырком.
И воздух, пахнущий проклятьем,
Внезапно становился молоком
От ливня, что как музыкант
Хлестал по клавишам веранд.

О, этот гул! Не хаос, а бивак
Стихий, сошедшихся на поединок.
Он плыл, как океанский особняк,
Сметая хрупкость мировых картинок.
И чудилось: ещё одно мгновенье,
И сад взлетит, сорвавшись с петель дня,
Как бешеное наважденье,
Рождённое из неба и огня.

Но стихло всё. Ушли на убыль хляби.
И тишина, как сладкий поцелуй,
Застыла на губах. Лишь ветки граба
Сжимали воздух, полный белых струй.
И сад дышал, дрожа и оживая,
Полуоглохший от ночных атак.
И утро шло, заплаканно ступая
В сандалиях на мокрый известняк.