Элегия о мысе Фиолент

        Памяти брата Александра


I

Жил мой брат в Крыму, у моря.
Я любила там гостить.
Щедростью и хлебосольем
Обожала дорожить!

Искренность и понимание,
И сердечный разговор
О судьбе страны с печалью
И о смыслах тихий спор.

На высоких косогорах
Фиолентовской красой
Любовались на закате
И вдыхали мир морской.

Вечера на Фиоленте.
Мы под вишней, милый двор.
Розы. Выйдешь за калитку —
Южной магии простор.

Пляж и яшма. Монастырский
Крест. И море — высший дар!
Дух живет здесь богатырский
Среди дивных крымских чар.

II

Пушкин тут бывал однажды.
В тайну красоты проник.
Вниз по лестнице спускался:
Древний храм и мифов лик.

Мыс, где Дева-Артемида
Грозный жертвенник зажгла,—
Позже славная Таврида
Христианство приняла.

И сплелись истории нити.
Место помнит божество:
Лица, факты, шлейф событий
И с природою родство.

След апостола Андрея,
Свет молитвенных пещер.
Камень в море, где прощались
С жизнью моряки галер.

Но Святой Победоносец
Их молитву услыхал.
На скалу свою икону
Им спасительно послал.

III

С тех времен Скала Явления —
Как чудес морских маяк,
Место веры обретения,
Крестоносной жизни стяг.

В благодарность за спасение
Греки возвели здесь храм.
Монастырское владение
Освятил Георгий сам.

Более тысячелетия
Этим стенам и крестам.
Тут встречали лихолетия,
Воскуряя фимиам.

Это место Александров.
После Пушкина сюда
Александр I Романов
Тайно правил скакуна.

Император спешил к Богу,
Жаждал слов духовника,
Выбрал высшую дорогу —
Затвор старца-сибиряка.

Но природная стихия
Сильным ветром обняла.
Простудился. Пневмония
К царской смерти привела.

IV

Секрет этот — в руках Божиих.
Двор лишь голову склонил.
А Кузьмич в далеком Томске
Еще сорок лет прожил.

Был один свидетель тайный,
Друг, советник, в духе брат
Александр, князь Голицын.
Царской смерти был он рад.

«Это ведь уход для мира.
В Духе Божьем живы мы, —
Бросил фразу он для клира. —
Так смирением спасены…»

Поселился вскоре в Гаспре
И монахам помогал.
В Свят-Георгиевской крипте
Хранить прах свой завещал.

Сторожит покой для многих
Монастырь у своих стен,
В литургиях чином строгим
Отвергая смерти тлен.

V

Не просто тихая обитель —
Военной  чести пантеон .
Сонм генералов, адмиралов,
Героев войн здесь погребен.

Вросли в гранит воинской славой
Кресты, знамена, имена.
Почти три века не смолкала
За русский дух в Крыму война.

Но помнишь ты не только славу,
Суровой мудрости земля,
А боль осады Балаклавы
И горечь отступления.

Тут замирает храмом вечным
Над бездной красоты морской
Некрополь тех, кто принял с честью
В бессмертие последний бой.

Солдат, кто в Крымскую отважно
Редуты грудью защищал,
В сорок четвертом шёл бесстрашно
В атаку и от пули пал.


VI

Мыс Фиолент, словно корвет,
Русский дозор несёт.
Духовный опыт и завет
Предков потомкам шлет.

Вверху на скальных берегах
Молитв сокрыта колыбель.
Внизу на каменных песках —
Морской стихии цитадель.

Меж ними — лестница крута.
На восьмистах ступенях —
Будто веков ушедших след
В окаменевших тенях.

Это застывший гимн труду,
Где кровь и пот монахов,
Преодоления восторг,
Битва молитв и страхов.

Сегодня для туристов спуск  —
На прочность испытание.
На встречу с морем тут идут
С мыслями покаяния.

VII

Закат июльский — чудный миг —
И колокольный звон
Творят прощания мерный стих,
О мирной жизни стон.

Тревожен гул морских глубин,
Где снова рыщут мины:
Останки заводских махин,
Уснувшие турбины.

Уж пятый год немирен сон.
Предчувствие разлуки.
И Крым опять как бастион,
Готовый к новой муке…

И снова кровь. Ракетный вой.
На небе лишь убийцы.
Нет света, топлива, воды
Для крыльев крымской птицы!

Какая горькая судьба
Безумных людских прений!
Надеюсь, смоет их волна
Ближайших поколений.

VIII

И брат ушел в свой новый путь,
Оставив все земное:
Любимый Крым, дом и семью,
Надежду на иное.

Но живы память, добрый след,
Мыс Фиолент и волны,
И Севастополь, Херсонес,
Твоим дыханием полны…

Не будет больше вечеров
Под вишнею на даче.
Братской любви дивный покров
Не получу впридачу.

Твоей улыбки не сыскать
Теперь в подлунном свете.
Но Фиолента благодать
Мы завещаем детям.

Ведь это место — сверхродство,
Святее кровных уз,
Природной силы торжество,
Приют молитв и муз.

Здесь человек с морем вдвоем
Рисует жизни млечность.
А Божий Дух дарует дом
Душе, шагнувшей в вечность…

Июль, 2026 г.
Москва