Ей вышивали на венах кресты

Ей вышивали на венах кресты,
Так шила ей жизнь роковые порезы.
Она верила в клятвы, в святые мечты,
Но не стала той самой прекрасной принцессой.

Клялись ей: «До гроба! Сквозь бури и лёд!»
Слова рассыпались, как пепел в тиши.
Любовь обернулась разящим огнём,
Что выжег до дна все надежды души.

О, как беспощадно предательство лжёт,
Сплетая узоры в обман и тоску!
Оно не кричит — оно тихо грызёт,
Оставив лишь пепел и пустоту.

И боль — как камень преткновения на пути,
Тяжёлый, незримый и неживой.
Кресты на запястьях, кресты на груди…
И впредь ей, увы, не вернуться домой.

Она помнит, как мир ей казался иным —
Горячим, звенящим, распахнутым вдаль.
Она верила клятвам, дыша им одним,
Теряя в безумье и страх, и печаль.

А после — лишь холод, безмолвный укор
И шёпот предательства в гулкой тиши.
Он стёр все дороги, разрушил тот взор,
Что видел в грядущем лишь свет и мечты.

Но где;то внутри, под корёженной тьмой,
Судьба ей всё шила крестами на ранах,
О том, что она была раньше другой, —
Напомнят ей только зажившие шрамы.