по живому

меня бьют кнутом по живому,
и я, как сучка, скулю,
я не скучаю по дому,
пропахшему тиной дну,
я не скучаю по лету
(тогда было сложно дышать),
я сыта, и пока что одета,
и стихи мои можно читать

ты пульсируешь,
дышишь газом,
пока я выпиваю стакан,
ты засел и сидишь до отказа,
кто же первый из нас будет пьян?
кто же первый откроет карты?
и уронит страдальческий стон?
я плевала на ложь и факты,
мне жжет раны чудовищный сон

я ввожу обезбол в свои вены,
держа руку и меряя пульс,
маникюром царапая стены,
буду тварью, но я не вернусь

а ты дышишь мне горячо в спину,
подставляя к виску пистолет,
я кривлю кисло-сладкую мину,
через плечи бросаю «нет»

холод дула пронзил мою шею,
по артерии течет лед,
я стою, но уже немею,
обезбол меня не берет

ну зачем ты пришел, скажи мне?
почему ты выбрал меня?
почему ты мной одержимый?
я несчастна из-за тебя

я тебя в голове крою матом,
но из губ вылетает «прости»,
мои ноги становятся ватой,
нет, меня уже не спасти

твои пальцы впиваются в плечи,
ты проводишь по скулам ножом,
этот путь кровавый - не млечный,
звезды были тупым миражом

я пытаюсь, я рвусь с этой хватки,
ты, конечно, сильнее меня,
ты давно знаешь все повадки,
ты же выучил всю меня

весь твой жемчуг - застывшие слезы,
изумруды - осколки глаз,
что я ранила, плача в морозы,
получая опять отказ

твоя кожа груба и противна,
а моя - белоснежно чиста,
да и я так безумно наивна,
так непостижимо проста