Сломанный фиал

Я — Дина. Дочь Иакова и Лии.
Моё молчанье — тяжелей вериг.
В учебниках, в страницах бытия
Мой голос — лишь предсмертный женский крик.

Мне говорили: любопытство — грех,
И женский путь — покорность и семья.
Но мир сиял, он звал к себе, для всех,
И я пошла, наивна и светла.

Я шла смотреть на дочерей земли,
На их узоры, песни, хоровод.
Меня не стражи — братья стерегли,
Но кто убережет от тех ворот,

Где правит сила, а не зов души?
Его я имя помню — он Сихем.
Он не спросил меня в ночной тиши,
Хочу ли я принадлежать... зачем?

Он взял мой мир, как варвар — города,
Сломал печать, что мне несла покой.
И думал, что любовь — она когда
Ты платишь златом за позор чужой.

Он говорил отцу: «Она — моя!»
Он клялся сердцем, предлагал дары.
Но разве можно, душу не щадя,
Любовь купить по правилам игры?

Любовь — не власть. Не право обладать.
Не выкуп за поруганную честь.
Любовь — когда ты хочешь отдавать,
А не отнять всё то, что в другом есть.

Она — согласие, тихий разговор,
Двух душ сплетенье, а не плен и цепь.
А он принёс мне только приговор,
И бросил в раскалённую им степь.

Потом пришли Симеон, Левий — месть!
Кровавый пир во имя чистоты.
Они кричали: «За сестрину честь!»
Но разве честь смывают с наготы

Потоки крови? Разве боль моя
Становится хоть каплю-каплю тише,
Когда вокруг горят дома, края,
И стон чужой моя душа не слышит?

Они отмстили. За себя. За род.
За поруганье имени отца.
А я осталась — шрам из года в год,
Без голоса, без имени, без лица.

Я — Дина. И моё наследие — вам.
Не в мести ищите своей правоты.
Любовь не терпит сломанный фиал.
И честь не в теле. Честь — внутри. Где ты.