Испанка

Через сутки Рождество,
Санта клал в носок с заплатой
как обычно ничего, 
ведь урезали зарплату.

И глаза устало тёр.
Чей отец открыто плачет?
Он суровый, он шахтёр.
Обезумел, не иначе.

Для чего пришёл с войны?
Завершилась Мировая,
а исчадье сатаны
кашлем в лёгких нарывает.

Посреди бедняцких трат
сердце — драгоценный камень.
Приходили доктора,
чтобы развести руками.

Шёпот:
— Kribbele, krabbele, brums! —
Марта сына щекотала
и водой омыла талой.
Стыл наплечный тяжкий груз.

У дитя сегодня жар.
Догорает как сестрёнка,
чтобы весь подлунный шар
плакал по нему негромко. 

— Может спал на сквозняке? —
от вины мутился разум.
Не утешиться никем
и не одолеть заразу.

Хворь в их дом вползла змеёй.
До костей не дай раздеться!
— Мартин! — в честь отца её
назвала бы мать младенца.

Скоро, видимо, конец.
Марта этому не верит!
Вестник смерти на коне
и с косой стоит у двери.

Некрещённых бросит в лимб
Проведение, не так ли? 
Нынче ночью весь Берлин
в драматическом спектакле

для одной семьи играл
мрачновато-серой краской,
чтоб истошный вой с утра
оборвал в их жизни враз всё.

В сердце яма, в горле ком. 
Гроб и траурные ленты.
Дьявол в силе сквозняком
затушить свечу адвента.

29 июля 2026 23:30