Ветер вишенку колышет

Ветер вишенку колышет,
голь на выдумку хитра.
Этот дядя умер? Дышит?
Нет. Пора ему. Пора.
Вот ботинок, вот заначка,
вот иконка - божья мать.
Не окопы, не болячка,
баба, в рот её е б а т ь.
Баба на велосипеде,
с тощей сапой вдоль руля.
Всё седло в каком-то пледе,
намотала с у к а б л я.
И давай на светофоре
дядям головы кружить.
Он ещё не видел моря,
а уже не может жить.
Баба с кладбища п и з д у е т,
вот уж ей невмоготу.
То копает, то сапует,
всё наводит красоту.
Станет раком,
непристойно
льнёт к законному концу.
Не даёт лежать спокойно
мужу, крестнику, отцу.
В общем, мёртвых з а е б а л а,
огородиком своим,
и теперь п р и п и з д о в а л а
жизнь обламывать живым.
Этот дядя был хорошим,
никого не обижал.
В бурсе "Аудит і гроші"
х е р на полдень умножал.
Со студентами был дружен,
черезчур в карман не грёб.
Что жена подаст на ужин -
то и жрал, мозги не ё б.
Пил по праздникам не много,
стыд по будням проживал.
Этот дядя жил хреного,
но хоть сопли не жевал.
Вот и здесь - скончался сразу,
не поднял безумный ор.
Бог простит её, заразу,
Бог на выдумку хитёр.

 
Дядя-дядя, жаль нам очень,
что погиб от б л я д и.
Но нам легче - мы подрочим,
ну а ты уж вряд ли.