Дочь Халева

Не в книгах пыльных, не в преданьях долгой славы,
Где кровь и сталь вершат великие дела,
Жила она, дочь воина Халева,
И звали ту прекрасную — Акса.

Ей в жёны взял Гофониил, герой сражений,
Что Кириаф-Сефер отвоевал мечом.
Отец ей дал в удел поля без сбережений —
Лишь южный прах под огненным лучом.

И вот, когда она сходила со осла,
Предстала пред отцом, суровым, седовласым,
В её глазах не робость женская была,
А мудрость, что звенит решительным приказом.

«Отец, — сказала, — дал ты мне сухую степь,
Где солнце жжёт и травы клонятся к закату.
Благослови меня! Чтоб колосился хлеб,
Даруй источники, чтоб жизнь была богатой».

Он мог отвергнуть, мог сурово промолчать,
Сказать, что доля женщины — покорность.
Но он увидел в ней особую печать —
Не дерзость девичью, а царственную гордость.

Он видел в ней не просьбу, а завет,
Чтоб род её не сгинул в раскалённой пыли.
И дал ей ключ от верхних и от нижних лет —
Источники, что землю влагою поили.

Так Русь моя, в тебе живут такие ж дочки,
Что не боятся слова веского сказать,
Что просят не парчу, не яркие платочки,
А просят то, что сможет жизнь и силу дать.

Они не ждут, пока им бросят крохи с трона,
Они приходят за водой для очага.
И в тихом голосе их — твёрже бастиона —
Звучит любовь, что всем на свете дорога.