Остров проклятых часть 2. История Пьяньчуги

Я видел остров где солнца нет, оно не греет. 
Ушедших душ, на чёрных скалах танцуют тени. 
Где пласты земли вздымаются и цепенеют. 
На дно пуская всех, выстраиваясь словно стены.

Следил за нами кто-то из разломов скал. 
Безумным эхом, отдавались забытые шаги. 
За улыбкой доброй, злой оскал. 
Попутчики скрывали у себя внутри.

Остров, он будто бы живой, он дышит. 
В агонии боролся сам с собой. 
На волю рвутся фонтаны магмы, брызжут. 
Разбивая любой защитный строй.

Мачты в щепки, заросшие бойницы. 
Орудия разорваны на дне глубин. 
Не откроют никогда свои ресницы. 
Те кто удалились на дно пучин.

Руки тянулись из пустоты. 
Из жадности, друг по перед другом. 
В разные тянули стороны. 
Живую плоть разрывая грубо.

Не остров, ад на поверхности земли. 
Глаза, глаза, повсюду взгляды. 
Бегали вокруг во тьме, словно огоньки. 
Мы рассвета ждали, как спасения и награды.

Но еле-еле солнце пробивалось сквозь смог, туман. 
Где в сумерках, искали тропы в глубь. 
Да будь прокляты, золото и штурман. 
Что проложил на этот остров путь.

Мачты в щепки, заросшие бойницы. 
Орудия разорваны на дне глубин. 
Не откроют никогда свои ресницы. 
Те кто удалились на дно пучин.

Я видел страх, безумие, отчаянье. 
Что хаос сеял на берегах устеленных золой. 
Все корабли, что были там причалины. 
Давно забыты, командой и судьбой.

Сквозь пепел и золу виднелись кости. 
Хруст черепов под ногами ощутим. 
Что-то витает в воздухе, не просто. 
Смерть и страх чей запах еле уловим.

Каждый привал и пауза, были смертельны. 
Раз за разом теряли мы по человеку. 
Что в тумане исчезали, становясь лишь тенью. 
То стелившейся, то возвышаясь, следя за нами сверху.

Мачты в щепки, заросшие бойницы. 
Орудия разорваны на дне глубин. 
Не откроют никогда свои ресницы. 
Те кто удалились на дно пучин.

Нас окружали, толи крики, толи стоны. 
Видать мы не одни в поисках добычи. 
Пред глазами то и дело, проносятся фантомы. 
В виде нечеловеческих обличий.

Полуживые,  со взглядами будто якоря. 
Отпечатались и впились, в мою душу. 
Их лица вижу до сих пор я. 
Налейка чарку я рассказ продолжу.

Мы шли сквозь топи и болота. 
Пустыни, джунгли, холод и жару. 
У капитана карта проклятого истока. 
Что дарит каждому пришедшему мечту.

Автор
-В глазах его – отблеск адских скал
Он видел остров, где жизнь обречена,
Он сошёл с ума, он бредить стал
Пытаясь залить память, литрами рома и вина.

Он помнит смерти шепот, и могильный холод.
Что отпечатался шрамом на лице.
Он не ищет повод.
Что б страх залить в своей же голове.