Не страшно - бабы нарожают вновь!..

Вновь разжигают войны лжепророки –
Безжалостное племя Сатаны, –
Опять с трибун несутся лжи потоки!
Нет в мире «дела» выгодней войны.

Чиновник алчный с белыми зубами,
Подняв надменно выжженную бровь,
Неспешно цедит пухлыми губами:
«Не страшно: бабы нарожают вновь!»

Не страшно? Ты уверен, чёрт речистый,
Чело не тронет горькая печаль?
Тебя хранит, должно быть, дух нечистый,
Тебе и собственных чертят не жаль?
 
Всё в этом мире выставил к продаже,
Вот новый лот – ну, чьи-то там сыны.
«Людишки» эти не монеты даже –
А пушечное мясо для войны.

И снова мир объят военной гарью,
И льётся материнская печаль –
Ты стал с годами ненасытной тварью,
Которой никого уже не жаль!
 
Что страшно вам, дельцы и воротилы,
Банкротство, смерть, тюремные года?
Нажива души ваши совратила:
Ведь в Бога чёрт не верил никогда!

Вам снятся не поля, а лишь доходы,
Вам сладок шелест новеньких банкнот.
И вы готовы погубить народы:
У списка Форбса тоже свой цейтнот.

Вам дела нет, что овдовеют жёны,
Ведь каждый мнит, что он теперь пророк!
Опять беда – ведь новый чёрт прожжённый,
Наморщив нос, торжественно изрёк:
 
«Они в проекты не вписались наши –
Ну, вымрет миллионов пятьдесят…
Не страшно: бабы – Нюрки, Груни, Маши –
Нам новых наплодят, как поросят!..»

Он не поймёт, как больно каждой клетке,
Всё тело – боль: и зрение, и слух,
Когда на фронте погибают детки,
Когда из них живой уходит дух.
 
Пропитан воздух плачем и бедою,
И небо гасит звёзды в тишине,
А матери склоняются с мольбою
Над теми, кто остался на войне.

Но вот опять призыв исторгли трубы,
Чтоб жизнь невинных переделать в ад,
Какой-то чёрт вновь процедил сквозь зубы:
«Не страшно: бабы новых наплодят!»

И вновь война, пока не мировая:
В крови детей их топят, как котят,
А матери, на Бога уповая,
Молитвы лихорадочно твердят.
 
Идёт игра на стороне у смерти:
И снова сонм бессмысленных смертей!
Доколе будут лицемеры-черти
Бросать на кон судьбу чужих детей?