Обогнавший время

Он чокнутый рыцарь, безумный царь,
Идёт проверять, умирая зазря.
Зачем мне с собою носить огнестрел,
Когда на дворе лишь эпоха для стрел?
Примерив опять дорогую обёртку,
Он прячет в карман ту старинну отвёртку.
И в старом шкафу, где темно и неслыханно,
Он вывел чертёж из угарного выхлопа —
Придумал вдруг двигатель, сталь и поршня,
Но КПД падал в закат угасавшего дня...
До первых обвесов, до первых ПД
И вдруг ПНВ обогнал ППД
Он диким безумцем стоял на крыльце.
Немножко смущался под взглядом небес,
А после шагнул — и в пространстве на крыше.
Он в низ посмотрел и вскоре исчез.
А ведь так нельзя...
Опережать своё время и вспять
Идти, чтобы снова себя распять.
И пусть эта боль невзлюбила нас,
Но Бог улыбнулся в последний час.

(Тянуть звуки, монотонно и мрачно)
Не пойму, так зачем допрос?
И идёт он — не видно звёзд...
Он идёт уже двадцать лет.
Иди нах, но пощады нет.
Сквозь века, где расплавлен ток,
Он заводит стальной затвор.
Вспыхнет искра — и мир ослеп...
Это пепел. Пощады нет.

Не пойму, так зачем допрос?
И идёт он — не видно звёзд...
Он идёт уже двадцать лет.
Иди нах, но пощады нет.
Сквозь века, где расплавлен ток,
Он заводит стальной затвор.
Вспыхнет искра — и мир ослеп...
Это пепел. Пощады нет.

И к несчастью, под вечер любой Божий день
Венчает крестами суды королей.
Корона из золота явно не к месту
Ни этому старцу, ни этой невесте.
Идут задавать за вопросом вопрос:
Про сталь, напряжение, искры и ток
Все безгрешные звёзды погибнут во тьме!
Судьба, ты куда запропастилась, ты где?
Но он расспросил, хоть и путался в днях,
Впереди лишь дороги Рим и прах.
И боком, сквозь шёпот гр;з,
Он успел задать свой непростой вопрос:
К чему же людишкам печали гнёт,
Что проклятое пламя несёт?
Они электричество ставят для смерти,
Но мир почему-то живёт, вы поверьте...

Отпустите меня, дьявола!
Я не скажу о себе ничего.
Я сам себя толком не знаю, и право,
Тут каждый укусить меня пробовал.
Но ты не пустил,
Ты меня надкусил —
И вкус этот въелся под кожу...
Иди нах и вс; же

Пытай меня сколько угодно, урод,
Хоть будь некромант, хоть гнилой людглот
Тебе не дождаться, когда я сломаюсь,
Ведь ты уже пал на колени, каясь.
Хах, бесполезная ты же тварь
И грешна ты до боли тварь

Не пойму, так зачем допрос?
И идёт он — не видно звёзд...
Он идёт уже двадцать лет.
Иди нах, но пощады нет.
Сквозь века, где расплавлен ток,
Он заводит стальной затвор.
Вспыхнет искра — и мир ослеп...
Это пепел. Пощады нет.

Не пойму, так зачем допрос?
И идёт он — не видно звёзд...
Он идёт уже двадцать лет.
Иди нах, но пощады нет.
Сквозь века, где расплавлен ток,
Он заводит стальной затвор.
Вспыхнет искра — и мир ослеп...
Это пепел. Пощады нет.

Вы меня опередили, люди и Господа,
Но а я всё же чокнусь, дабы не сойти с ума!
Ведь в этой каше из столетий, шестерёнок, стрел
Мой разум – это мишень, а мир – огнестрел.
И вопрос мой к вам, скорее, риторический:
Как на ржавую кольчугу нацепить броник баллистический?
Как спастись от этих патронов и распросов
Когда в ПНВ вместо звёзд — лишь дым от чужих отголосок?
Вы сожгли моё время, вы вскрыли мои провода,( да)
Так судите царя, раз корона его — из льда! (Льда)
Я смеюсь вам в лицо, пока ток бежит по хребту (хребту)
Вы хотели пощады? А я выбираю вам тьмуу.

Не пойму, так зачем допрос?
И идёт он — не видно звёзд...
Он идёт уже двадцать лет.
Иди нах, но пощады нет.
Сквозь века, где расплавлен ток,
Он заводит стальной затвор.
Вспыхнет искра — и мир ослеп...
Это пепел. Пощады нет.

Не пойму, так зачем допрос?
И идёт он — не видно звёзд...
Он идёт уже двадцать лет.
Иди нах, но пощады нет.
Сквозь века, где расплавлен ток,
Он заводит стальной затвор.
Вспыхнет искра — и мир ослеп...
Это пепел. Пощады нет.