Любишь?

Ты скачешь на мне, как вошь на сырой рогоже.
Вскипает утроба. Воняет дешевой кожей.
И прямо в харю летит твой тупой допрос:
«Любишь?» — Ну что за сопливый, гнилой нарост.
Как гаркнуть «нет», когда деготь течет по жилам?
Когда этот блуд пахнет жженым паршивым мылом?
Я виляю, как червь, ухожу в судорожный нажим,
Сладострастный коитус под крик твой едва держим.
«Глядела из-под парты...» — Какая, к чертям, пастель?!
Ты изрыгаешь память в унылую эту постель.
«Что делать с собой?» — скулишь, раззявив сухой рот.
Заткнись, мадмуазель, видишь — плавится пулемет.
Постой. Дай закончить. Добить этот скверный Спас.
Излить эту пагубу, выжать гноящийся квас.
(Рывок. Хрип. Закончил).Ну что, посидим впотьмах?
Слезай с моих чресел. Стынет собачий пах.
Я на редкость устал. Ты прими свой унылый вид.
Твой школьный курсив меня больше не веселит.
Застегни исподнее. Ступай в свой промерзлый май.
Я выжрал тебя до костей. Ступай и не донимай.