Веретено

Слово «дано» происходит от слова «дань».
Вьётся веретено, мельчает река Иордан.

Кости седых веков превратились в комок угля.
Рок-динозавры мертвы, мы зеваем в экран. И для
растамана на отдыхе нет ничего страшней,
чем в суматохе прожитый один из дурацких дней.
Люди на улицах ждут тебя. Челси, Лубянка, Сохо
или Нью-Дели к примеру. Там тоже хватает сока
жизненной силы. Он соткан из пряного шлейфа,
тряпок цвета шафрана, карри, морского шельфа.
Искры, факиры, дудки, мангусты, кобры…
Пустите на ночь Руссо туристо? Добрый
в хату вам вечер и сколько нужно под килем!
В хате конечно хвастаться нечем. Потертый кливер
рвется в окно, повинуясь ночному ветру.
Мир с высоты устроен как чашка Петри.
Что-то там булькает, ползает, гадит, шумит и жрёт
Летом шевелится сильно, зимою врастает в лёд.

Если еще немного повыше подняться, то
есть вариант повстречать старика в пальто.
Он выдает все блага, не в кредит, а за просто так.
Спросит конечно потом, кто жизнь провёл, как байбак,
а кто дотянуться смог до кондиции мудреца,
ступая за шагом шаг от рождения и до конца.
Я всё раздал, я здесь пока без долгов.
Я Божий сын, как и все, и я ко всему готов.
Нужно довериться просто, падать спиной вперёд,
и он подхватит, удержит, с улыбкой в плечо толкнёт.
Самое сложное - верить и не бубнить.
Самое глупое – ждать, когда оборвётся нить.

А Иордан всё течёт, вьётся веретено.
От слова «дань» происходит слово «дано».

Лишь Гефсиманский сад снова тёмен и в меру тих.
Самый настырный сверчок остальным дочитает стих,
все лягут спать. Уже которую ночь и который день
в тёмной густой листве шуршит и трепещет тень.
Тени немного грустно, хозяин её отдал
всю до остатка жизнь за то, чтобы никто не страдал
дурью как минимум. В идеале поднялся над
сиюминутным (звучит как сюита) и не упал на зад.
Мы же всё булькаем, ползаем, гадим, шумим и жрём.
Позалезали на горы, занырнули в любой водоём.
Сё есть мир тварный, суетно из ничего.
Мы не подарок, мы только боль его.
Он терпеливо ждёт, превращая года в вино.
И, завершая узор, вьётся веретено.