одна

"Душевная боль съедает изнутри. Ты прав, это самая сильная боль  и у каждого она своя.  Может, по этому и тяжело найти родственную душу.  Потому что человек, не познавший такого рода боли тебя не поймет".


Да, а мы еще ропщем, хотя порой, когда душа болит, и от безвыходности не знаешь куда себя деть, не сравнить  с отсутствием физического изъяна, И боль?, оона у всех одна, у каждого своя боль, и чтобы этому не предшествовало, не с чем не сравниться с чужой,  не с чем не сравнить боль, любая, боль единственная будет для каждого.
И редкость невероятная найти душу. Души то все такие разные, как и тела. И я думаю, что мы их не находим только потому, что этими душами и являемся мы сами. Потому что никто нас не поймет как мы сами себя. И встретится?, с душой?, созвучной тебе, понимающей тебя как ты сам понимаешь себя, поэтому такая и редкость. И уже "встретится"?, не будет в тебе желания, необходимостью её искать, в вас не будет недостаточности, одна избыточность, вы сами будете так наполнены, внутренним умиротворением и покоем, что поиск сам по себе отпадёт. И это новое рождение?  через смерть, через новое свое рождение, уже встречей с самой собой, но вы об этом не будете знать, потому что всё будет вашей смертью стерто. И я думаю, что все люди, и человек рождается один и тот же, проживая эту "свою" жизнь, что то улучшая, или ухудшая. И если он в "этой" реальной жизни не нашел своего развития, успокоения, то в следующей повторит тот же поиск души в которой он жил неприкаянно. И от этого такая любовь к себе, только потому, что ведь его никто не полюбит так как он сам себя. И только один человек, Христос, был способен отречься от своего тела, от любви к самому себе, полюбить любого и простить,  постигнуть  другую любовь, космическую, божественную.