Истоки музыки музыка возникла раньше осмысленной ч

Истоки музыки: музыка возникла раньше осмысленной человеческой речи

Мы не можем точно установить, когда появилась музыка. Голос, хлопки, притопывания и удары палками не оставляют археологических следов. Древняя флейта может сохраниться в земле, древняя песня — нет. Поэтому гипотезу о том, что музыка возникла раньше осмысленной человеческой речи, невозможно доказать прямой находкой. Но её можно защитить целой системой косвенных аргументов.

Прежде всего необходимо уточнить, что мы называем музыкой. Разумеется, речь не идёт о симфониях, нотной записи, гармонии или музыкальных инструментах. Прародительницей музыки могли быть эмоционально окрашенные и ритмически организованные звуки: повторяющиеся крики, протяжные возгласы, изменение высоты и силы голоса, коллективное скандирование, хлопки и удары, сопровождавшие движение.

В таком широком, но вполне разумном смысле музыка могла существовать задолго до появления слов.

Музыка начинается не со смысла, а с чувства

Для осмысленной речи необходима сложная система условных обозначений. Люди должны договориться, что определённый звук означает воду, огонь, опасность, животное или действие. Затем должны возникнуть устойчивый словарь, правила соединения слов и способность передавать отвлечённые мысли.

Эмоциональный звук не требует ничего подобного.

Чтобы выразить страх, боль, радость, угрозу или нежность, не обязательно знать слова. Высокий резкий крик может предупреждать об опасности. Низкий протяжный звук может выражать угрозу. Мягкое покачивающееся повторение способно успокоить ребёнка. Ускорение темпа передаёт возбуждение, замедление — покой или подавленность.

Это своего рода аналоговый язык: форма звука непосредственно связана с состоянием тела. Слова условны, а крик боли не нуждается в переводе.

Эмоциональная и взаимодействующая просодия широко распространена среди животных и могла стать основой как человеческой музыки, так и речевой интонации. Исследователи рассматривают выражение эмоций голосом как одного из наиболее вероятных предшественников более сложной человеческой звуковой коммуникации.

Животные уже владеют элементами музыкального языка

Особенно убедительно это видно у птиц. Птичье пение содержит повторяющиеся мотивы, изменение высоты звука, определённый ритм, паузы, последовательности фраз и вариации. Молодые певчие птицы слушают взрослых, запоминают образец, упражняются, ошибаются и постепенно приближаются к песне учителя.

Это ещё не человеческая музыка, но уже значительно больше, чем простой одиночный сигнал.

У некоторых птиц обнаруживаются сложные временные структуры, напоминающие музыкальные ускорения, замедления и изменения интенсивности. Исследования также показывают, что ритм птичьего пения может передаваться в процессе обучения, а некоторые птицы способны синхронизировать движения с внешним ритмом.

Птицы не являются непосредственными предками человека. Их пение — параллельная линия эволюции. Но именно поэтому пример особенно важен: сложные, ритмически организованные звуковые формы способны появляться в природе без человеческой речи.

Кроме птиц, сложные вокальные последовательности существуют у китов, дельфинов, гиббонов, волков и некоторых летучих мышей. Даже детёныши отдельных видов летучих мышей проходят стадию вокального лепета, напоминающую лепет человеческого младенца.

Следовательно, сама биологическая способность строить, повторять и запоминать звуковые последовательности намного древнее человеческого языка.

Музыкальное поведение проще речи

Для первобытной ритмической вокализации не требовалось создавать словарь и грамматику. Достаточно было нескольких уже имевшихся способностей:

издавать звуки разной высоты и силы;
повторять услышанное;
распознавать эмоциональное состояние другого;
двигаться в определённом ритме;
подстраивать свои действия под действия группы.

Все эти способности могли развиваться постепенно и независимо друг от друга.

Осмысленная речь требует дополнительного скачка: звук должен превратиться в символ, обозначающий предмет или понятие. Затем символы должны начать соединяться по общим правилам. Музыкальный возглас может действовать непосредственно, тогда как слово необходимо сначала понять.

Поэтому с эволюционной точки зрения последовательность

эмоциональный звук ; ритмический возглас ; совместное пение ; осмысленная речь

выглядит не менее, а, возможно, более естественной, чем обратная последовательность.

Младенец входит в мир через музыку раньше, чем через слова

Ребёнок ещё не понимает слов, но уже реагирует на интонацию, тембр, ритм и мелодическое движение голоса. Колыбельная успокаивает его не своим текстом, а повторением, мягким ритмом и звуковым контуром.

Эксперименты показывают, что младенцы начинают ритмически двигаться под музыку и другие регулярные звуки ещё до овладения речью, причём музыкальные и ритмически упорядоченные стимулы вызывают у них больше согласованных движений, чем обычная речь.

Развитие отдельного ребёнка, конечно, не повторяет буквально историю человечества. Однако оно показывает важный принцип: восприятие ритма, мелодии и эмоциональной интонации возможно без знания слов. Музыкальная связь между ребёнком и взрослым возникает раньше полноценного речевого общения.

Вполне вероятно, что нечто подобное происходило и в ранних человеческих сообществах.

Музыка помогала группе действовать как единое целое

Первобытная музыка могла быть не развлечением, а важным средством выживания.

Совместный ритм помогает людям согласовывать движения: идти, грести, переносить тяжести, работать, танцевать или готовиться к столкновению. Коллективные возгласы создают ощущение единства. Колыбельное пение укрепляет связь взрослого с ребёнком. Брачная песня привлекает партнёра. Погребальный плач позволяет группе совместно переживать потерю.

Для выполнения этих функций не нужны предложения и грамматические правила. Группа может вместе кричать, петь и двигаться, ещё не умея обсуждать отвлечённые понятия.

Одна из современных эволюционных моделей связывает истоки музыки с древними контактными, территориальными и групповыми сигналами приматов. Другая предполагает существование общего просодического предка музыки и языка — коллективных ритуализованных вокализаций, которые одновременно выражали чувства и координировали поведение.

Возможно, сначала существовало нечто среднее между песней и речью

Самая убедительная версия не обязательно требует жёстко противопоставлять музыку и язык.

Вероятно, первоначально существовала единая звуковая система, которую ещё нельзя было назвать ни современной музыкой, ни полноценной речью. Она могла состоять из мелодических возгласов, повторений, жестов, ритма и интонаций. Целая звуковая фраза выражала общее состояние или намерение: призыв, угрозу, приглашение, успокоение, радость встречи.

Постепенно эта древняя система могла разделиться на два направления.

В одном направлении главным становилось точное значение: возникали слова, понятия и грамматика. Так развивалась речь.

В другом направлении сохранялись и усложнялись высота звука, ритм, тембр, повторение и непосредственное эмоциональное воздействие. Так развивалась музыка.

Исследователи называют подобную предполагаемую систему музыкальным или просодическим протоязыком. Она не доказывает, что современная музыка целиком предшествовала языку, но поддерживает мысль, что музыкальные свойства человеческого голоса существовали раньше развитой осмысленной речи.

Основное возражение

Против гипотезы можно выдвинуть серьёзное возражение: мы не располагаем записью голосов древних людей. Поэтому нельзя установить, в какой момент эмоциональный крик стал музыкой, а звуковой сигнал — словом.

Кроме того, нельзя автоматически называть всякую птичью трель или волчий вой музыкой. Животные могут издавать сложные звуки ради размножения, защиты территории или поддержания связи, не испытывая человеческого эстетического чувства.

Но это возражение не разрушает гипотезу. Первоначальная музыка тоже могла быть практической. Колыбельная успокаивала ребёнка, военная песня объединяла воинов, трудовой ритм координировал работу, а брачная песня привлекала партнёра. Практическая функция не мешает звуку быть прародителем искусства.

Музыка могла появиться не тогда, когда человек впервые решил создать произведение искусства, а тогда, когда он обнаружил, что организованные звуки способны изменять чувства и объединять людей.

Вывод

Гипотеза о том, что музыка древнее осмысленной человеческой речи, не доказана и, вероятно, никогда не будет доказана окончательно. Однако она опирается на серьёзные основания.

Эмоциональные вокализации древнее человека. Ритмически организованные звуки существуют у многих животных. Птицы способны обучаться сложным песням. Младенцы воспринимают мелодию и ритм раньше, чем начинают понимать слова. Коллективное пение может выполнять важнейшие социальные функции без словаря и грамматики.

Поэтому наиболее защищаемая формулировка гипотезы звучит так:

Прародительница музыки — эмоционально окрашенная, ритмически организованная звуковая деятельность — возникла раньше осмысленной человеческой речи.

Сначала человек, вероятно, научился выражать звуком то, что чувствует, и лишь позднее — точно называть то, что видит и о чём думает.

Иначе говоря, прежде чем человеческий голос научился рассказывать, он, возможно, уже умел петь.