Оглянись, оглянись, Суламита!
Оглянись, оглянись, Суламита!
Миловидностью нежной твоей,
Станет каждое сердце омыто
От пороков и грубых страстей.
И – от внутренних «дерзких баталий»
Под покровом порочных утех…
Соломон же глядит – от «сандалий
Суламиты», и движется – вверх.
И «движенье» его – осторожно,
Не впадающее в суету.
Чтобы – образом – если возможно,
Славословить её красоту, -
Суламиты. Прекрасные ноги!
«Округление бёдер твоих –
Ожерелье!» (Мой друг, не для многих!),
Для – возлюбленных, лишь – для двоих!
Только он, царь, своё ожерелье
Понесёт в руках, двое – в одном.
Там – живот к животу, там – веселье,
Благодатная «чаша» с вином»!
Превосходны её ароматы!
Торжествуют, ликуют, пьянят.
«Два сосца её, как оленята –
Близнецы», или – пара ягнят.
Что, в возлюбленном теле, свободны…
Выше взгляд! – где «глаза – озерки
Есевонские», так благородны
И чуждаются дерзкой руки.
Но, как водная гладь, отражает –
Лишь того, кто пред ней «не юлит»,
Красота её – взгляд освежает,
И пороком душа не болит.
Суламита! Не образ иконный,
Кем художник искусный проник –
Неподвижный, скупой, монотонный…
В ней – движенье, в ней – чистый родник!
В ней, возлюбленной, Божье дыханье.
Она – верой и правдой жива.
В ней – приятное благоуханье,
«Как прекрасный Кармил, голова!»
1997 г.
Свидетельство о публикации №126072703247