Струны
что внутри бушевала, как море,
я лечила минорною нотой тоску
и печаль уходила в просторе.
Струны дрожали под пальцами тонко,
словно волны, что бьются о скалы,
каждая нота — как тихая лодка,
что уносит страдания алы.
Минор шептал о разбитых мечтах,
о ночах без рассвета и света,
но в его глубине, в тихих ладах
тихо зрело прощенье и лето.
Я играла, пока не утихло внутри
то безумное море тревоги,
и осталась лишь музыка — чистый янтарь
на ладонях остывшей дороги.
Свидетельство о публикации №126072701755