Песнь о Немодном Ремесле

Песнь о Немодном Ремесле и Новой Воле Надсознания

«Ты здесь не для того, чтоб вынужденно о себе страдать иль сокрушаться, а чтоб другим служить, и тем единственно, чем им сей Час положен в помощь».

...А совесть всё ещё пока не в моде…
В трендбуках века — вычурный цинизм.
Зачем тащить в неоновом походе
Угрюмый, ветхий этот рудимент?

Сегодня в топе — чистый прагматизм,
Эгоцентризма прочненький цемент.
Быть совестливым — дикое юродство!
Сиречь — стяжать души живой алчбу,
Взамен того, чтоб холить превосходство
И продавать успешную судьбу...

Не модно ныне, укротив гордыню,
Зреть человека в каждом, кто убог,
И состраданьем, как святыней,
Кропить асфальт истоптанных дорог.

Ведь совесть — архитектор устроенья
Всех лучших качеств, скрытых в глубине:
Она — исток и чести, и прощенья,
Светильник правды в хлипкой тишине.

Быть нравственным?! Какая сложная мозаика!
Какая скука — ведать стыд и грех,
Когда вокруг — сияющая стайка,
Где цифровой просчитан твой успех!

Но тот, в ком жив свой камертон старинный,
Способен зрить не кожей — но душой.
Он сквозь туман догматики звериной
Провидит след незримый и большой.

Он отсекает — бережно и строго —
Зерно от плевел, истину от лжи,
Не принимая суррогатов бога,
Что продают на ярмарке ханжи.

Век учит нас: «Будь пластиком системы!
Впишись в шаблон, что извне насаждён!»
Но рвутся эти кукольные схемы,
Когда в тебе любовью мир прожжён.

То — Надсознание: рассветный, чистый разум,
Свобода тщиться, выходя за край!
Где ты не раб, накормленный маразмом,
Не червь, уныло ждущий чей-то рай.

Оно стоит над матрицей суждений,
Над шелухой навязанных доктрин,
Где нет чужих, внедрённых наставлений,
И ты себе — судья и властелин.

Сие есть выход в чистое Творенье!
Не сборка из готовых, серых плат,
Но абсолютный Акт Саморожденья,
Где ты пред вечностью и наг, и свят.

Извне лепили: «Будь послушным стадом,
Усвой мораль, забудь про личный ценз!»
Но Надсознанье опаляет ядом
Всю эту сытую, навязанную взвесь.

Здесь совесть — не напугана, не дразнит,
Не комплекс вин, заученный с пелёнок.
Она — космический, тончайший лазер,
Что видит суть сквозь ворох наслоёнок.

Она жива не волей демиурга:
Ты сам куёшь свой внутренний устав,
Без костылей, без внешнего хирурга,
Природу зверя в духе обуздав.

Когда ты вырос выше всех инъекций —
Культурных кодов, моды, суеты —
Ты сам Творец. Вне матричных проекций.
Исток и устье личной высоты.

…Пускай сейчас в безумном хороводе
Смеются глупость, ленность и расчёт,
И совесть всё ещё пока не в моде,
И мутным селем пошлость вниз течёт.

Но верю я: опомнится прохожий.
Очнётся мир, стряхнув тупую спесь.
Возобладает совесть — искра Божья —
Над вековой дремотой, что здесь есть.

Падут оковы ленности и дури,
И станет чист людской грядущий век.
Над пеплом лжи, в сияющем ажуре,
Себя Творцом восславит Человек!


26.07.26
Тайа

Картина:
Джон Уильям Годвард, «Сладкое безделье» (1904)