Догма

Полон дом лежачих тел.
А ты ел на завтрак овсянку.
Ты выйти с балкона посмел
И намотать на ногу портянку.
Ты крикни в окно о том, как всё плохо,
Плюнь на панно с чужеродным богом.
Вены раскрой щипцами,
Засыпь туда соль
И заклей обратно слюнями.
Будет боль, но не столько,
Как страх за стеной,
За толстой дверью,
За дверью Толстой.
Земной юдоли странный покой.
За дверью много чего,
Но я никогда об этом не узнаю.
Я буду смотреть в глазок,
Увидеть что-то стараясь.
А когда в поле зрения что-то попадёт,
Я возьмусь за догму всеми руками,
Никогда её не отпущу, наплевав на морали.
Догма мне будет освящать дорогу,
Будет фонариком, пускай и корявым.
Никогда не забуду любимую догму
И не буду больше следовать нравам.

«Человек — это свин», —
Мне шепчет на ухо
Убогая шлюха, курящая плюху.
Только я с ней согласен, и даже стыдно как-то.
Сижу я в бараке, курю марихуану,
А дым напоминает какого-то барана.
На небе всё также, но небо хоть милое —
Мне улыбается, очень красиво.

Двадцатая заповедь, новейший завет!
Даже тут не находится ответ.
Так где его искать?
В Коране? В Торе? В другом симулякре?
Надеяться на то, что скажет оракул?
А может, и нет никакого Ответа?
А может, быть всё это просто ****ёж?
Счастливые нотки, но отчаянный бред.
Ведь каждый из вас — это просто ёж
С острыми иголками, но тонким нутром.
Проткнёте ими сами себя,
Когда найдёте другие края,
Совершив таким образом харакири —
Самоубийство Авэ Марией.

И догма мне скажет,
Где ты не прав,
А на меня обвалится шкаф.
Окажемся квиты —
Оба без выгоды.