Женщина в белом красные линии

Она идёт в полупрозрачном  белом платье,
Ступая мягко по сухой траве.
А впереди черта, как на распятье,
Горит багряным угольком во мгле.

Та «красная черта», что чертят люди
(Или безумцы на штабных столах),
Встаёт  барьером, грохоча в орудьях,
Внушая миру первобытный страх.

Они кричат: «Назад! Сюда не суйся!
Здесь зона смерти, выжженный рубеж!»
Но в тишине её безмолвных песен
Живёт дыханье светлых и простых надежд.

И шаг её свободный и неспешный,
Она не смотрит под ноги, на ров,
Где этот мир измученный и грешный
Проводит грани из чужих грехов.

Вот белый шёлк касается багрянца,
И цвет угрозы не марает ткань.
В безумном вихре яростного танца
Она легко переступает грань.

Запретный маркер плавится и гаснет,
Когда его касается пола;.
И то, что виделось судьбой безгласной,
Вдруг рассыпается, как серая зола.

Пусть чертят те, кто бредит разделеньем,
Границы злобы, страха и войны.
Она идёт, не зная пораженья,
Явившейся из чистой тишины.

И шаг её свободный и неспешный,
Она не смотрит под ноги, на ров,
Где этот мир измученный и грешный
Проводит грани из чужих грехов.