Встреча

Борису Рыжему

«Поэзия должна быть странной, непонятной —
Как чёрная дыра,
Как вакуум ядра,
Но с тем одновременно ясной, заурядной —
Как с девушкой рассвет,
Как ржавенький мопед,
А проза, на которой водочные пятна

— это... »

Так думал я, шагая по алее,
Был поздний час, деревья все быстрее
Сужались как тунель (на коридор
Они едва-едва похожи были), 
Но это так, не к слову, ведь шатёр
Небес и правда был в двузвёздной пыли.

Вдруг вижу парня пьяного, и тотчас
Мелькают строки в памяти ворочась:
И "з; полночь из бара", и "Нельзя
Так много пить". Стоит в кустах он боком,
Что делает...
                Закрутится стезя,
Где нужно думать вторчерметским слогом.

Прошёл я мимо, вглядываясь в ветер.
Меня тот некто вроде не заметил, 
Но издали рукою помахал...
Не вижу — знаю: сумрак ал, и мило
Летящую звезду поцеловал
Тот парень, пусть она и не просила...

Ревнуя к ней, я не обижен всуе:
Он смерть себе отмерил — пусть целует,
И пьянствует, и пишет, и не спит
Всегда: в квартире — вновь забыл — на даче.
Читатели, короче, нам велит
Лишь смерть, хотя бы жить с самоотдачей.

Поэзия должна быть ясной? Непонятной?
А проза, на которой водочные пятна...

— Это и есть жизнь, извольте.