Призраки несбывшейся весны

Две тени встретились в тиши учебных залов,
Когда за тридцать жизнь уже перешагнула.
Он — инженер, в чьём сердце пламя не пылало,
Она — в стихах и книгах медленно тонула.
Не вспышка страсти, не безумство, не порывы —
Сроднило души их взаимное молчанье.
В мирах чужих, где все так суетны и лживы,
Они нашли в покое робкое венчанье.
 
Год пролетел, как сон, без клятв и обещаний,
Привыкли души, словно к улицам родным.
Но груз грехов и груз былых воспоминаний
Над ними плыл, как горький и тяжёлый дым.
У каждого в душе — невидимый свой якорь:
Его — в долгах пред матерью, в заботе,
Её — в былых рубцах, что заставляли плакать,
В неверье в свет, в сомненьях, как в болоте.
 
Они могли бы, но не смели быть счастливей,
Боясь довериться и правду рассказать.
Любовь тонула в затяжном осеннем ливне,
А страх мешал друг друга за руку держать.
Трагедия не в том, что разошлись дороги,
А в том, что сами этот выбрали финал.
Остались в прошлом их надежды и тревоги,
И каждый то, что так берёг, — и потерял.
 
Один звонок... одно простое слово:
«Мне страшно, будь со мной, не уходи».
Но гордость и усталость — как оковы,
И пустота холодная в груди.
Слова сгоряча, как ножи, полоснули,
И треснул их мир, что воздвигнут трудом.
Они по углам по своим ускользнули,
Оставив мечты за холодным бортом.
 
Прошли года. Он заперт в той же всё квартире,
Глядит на полки книг, где тень её живёт.
Она — в другом краю, в ином и чуждом мире,
Где время медленно и горестно течёт.
Им снится иногда тот год благословенный,
Когда казалось им, что истина близка.
Но жизнь не черновик, она — закон вселенной,
Где платой за сомненье — вечная тоска.
 
Любили ль они? Да, конечно, любили.
Но право на радость судьбой не дано,
Они эту искру в себе затушили,
И выпито горечи чаши вино.