Явилась на землю кромешная тьма...

Явилась на землю кромешная тьма
И воздух не дрогнет, в ушах тишина
А я в этот миг, на кургане стою
И жду, когда в небе увижу звезду
Нас тысячу лет разводила судьба
Но время развязки настала пора
И вот в черном небе я вижу звезду
Как будто она обронила слезу
И тонкий как нитка луч света бежит
И тьму разрезает и к, встречи спешит
Из дома родного мне весточку шлет
И в сердце запретный замок расстегнет
И вспомню я разом, забытые дни
И вижу себя, на руках, кандалы
Истертые цепи с ухмылкой звенят
Усталость и боль, затуманили, взгляд
Дорога из камня, изрезаны ноги
На сердце рождается страх и тревоги
К воротам железным этап подвели
И мы оказались в объятьях земли
Чужбина нас встретила рощей дубовой
И песней усталой, мотив не знакомый
Она как ручей протекала сквозь нас
Здесь я начинаю свой грустный, рассказ
Планета, с которой сюда мы пришли
Там время дарило счастливые дни
И нету обмана, не льется слеза
Не хмурится небо от капель дождя
Озера хрустальной водою полны
В лугах словно волны, качались цветы
Дубовые рощи касались небес
В них прятались на день сюжеты чудес
Покой и блаженство царили тогда
И светлые мысли носили сердца
И время у жизни текло не спеша
Но капля последняя, счастья, прошла
Открылись ворота на срезе скалы
И темные силы спускались с горы
Копыта стальные, скользят по камням
И черные всадники движутся к нам
Их лица укрыты от нас пеленой
Забылись навеки любовь и покой
Внизу у подножья высокой горы
Где стелется море зеленой травы
Стеною сомкнулись бойцами ряды
Их руки сжимают, ножи и мечи
И с яростью двинулись мы на врага
И черною кровью, покрылась земля
Три дня мы сражались, устала рука
Но меньше не стало от битвы врага
Он черною речкой спускался с горы
И нету конца этой черной реки
Усталость родила в глазах миражи
И мы почернели от черной крови
И меч ускользает с уставшей руки
И я на земле в луже черной крови
И веки закрылись, сознанье ушло
И тело подняться уже не могло
Не знаю коль долго лежал на земле
Очнулся у двери, пробитой в скале
Цепями закованы руки и ноги
И больше я в жизни не видел свободы
Живыми осталось нас десять и два
И мы побрели, кандалами звеня
Где нас поджидала, планета земля
И раны на ней после судного дня
И реки в ней есть и леса и моря
Но грязной по жилам, стекает вода
Леса начинают расти на холмах
Трава кое где и в пожухлых пучках
И жизнь здесь похожа на каторжный труд
И мы позабыли про быт и уют
Для пищи ловили мы крыс и мышей
А спали в кровати с сухих камышей
Камнями мы сбили от рук кандалы
Но руки свободы, принять не смогли
Веревкой невидимой скручены ноги
И мысли здесь тоже, не знают свободы
Желая подальше отсюда уйти
И смысл хоть какой- то для жизни найти
Мы шли обреченно по пыльной земле
И жизнь умирает в пустой голове
К обрыву безвестной реки подошли
Где мутные воды кружили волчки
Там в глине, засохшей чернеет проход
И в землю уходит, куда он ведет
И мы притаились поодаль слегка
Спешить нам не надо на сердце тоска
Тихонько лежим мы в пыли на земле
Глаза угасают в вечерней заре
Всю ночь мы проспали, без мыслей и снов
А утро нам дарит для плоти улов
Из норки до нас доносились слова
И девок к реке выползала толпа
Не то чтобы, очень, мы этого ждали
Но сердце до, селе, изнылось в печали
Сомненья конечно ютились в душе
Уж больно черны и прически в песке
На них мы не много совсем поглядели
И ноги рванули к намеченной цели
Я первый под мышки двоих подхватил
И с ними к оврагу укрыться спешил
Они удивленно глазами трепали
Но вскоре забылись и сладко стонали
И вновь потянулись веселые дни
Мораль и распутство смешались в груди
Девчонок так много, откуда они
Мы времени счет измеряли на дни
В норе поселились у них на постой
Тонули в распутстве с пустой головой
Однажды во время любовных утех
Мы выбрали деву одну и на всех
И спорить не стали кто первый пойдет
Мы били друг друга и в грудь и в живот
И ярости не было в свете конца
Нас ночь укрывала, безумство слепя
Товарищ мне крикнул, довольно пока
И сердце его, замерло навсегда
Я тело наружу его притащил
И в омуте, мутной реки утопил
И вновь продолжались распутные дни
А ночью нас грели, пылая костры
Мы здесь на земле словно дети в тюрьме
Забыли, что знали, что видели в сне
А мысли что искры мерцают во тьме
Поэт, музыкант и игрок на трубе
В театре он музыку страстно играл
А здесь он туземку, поймавши сношал
Я многое мог бы сказать про себя
Но взгляда косого, увидел глаза
Нет, страху не ведомы здешние дни
Но колышек острый я спрятал в штаны
А ночью, когда догорали костры
И звезды мерцали в небесной дали
Я слышал, как тень подбиралась ко мне
И мысли кружили, в ее голове
И страхом наполнился воздух вокруг
Я колышек острый, вонзил ему в грудь
Нас было двенадцать, двоих уже нет
Кто следующим блюдом для смерти в обед
Ногою я труп оттолкнул от костра
У глаза блеснула сухая слеза
А утром, когда, золотилась заря
Один я стою на планете земля
И сердце, сжимает обидой судьба
Где вы мои други, девались куда
Вернитесь, за мною назад вы сюда
Здесь много туземок и ночь коротка
Меня потеряли в дороге друзья
Один словно перст я смотрю в небеса
Не раз я рождался и вновь умирал
Покуда мне выданный срок миновал
Я вновь на высоком кургане стою
И жду, когда в небе увижу звезду
И с лучиком света синеющей дали
Мне боги надежду, из сердца забрали
Они мне сказали проверкою ты
На землю был пущен в те черные дни
Но руки свои кровью ты обагрил
Назад не вернешься, как бы, не просил
И я усмехнулся, покуда слова
Мне резали сердце мечту хороня
Ну что ж, я и здесь проживу без труда
За ново рождаясь и в силе рука
Забуду я флейты тоскливый напев
Театры, музеи и радость и смех
С туземками плоть я свою разожгу
Впредь в небе не стану искать я звезду
Коль боги покинули душу мою
Я сам себе трон, на земле, возведу.