II

Чёрт:

Привет или ну здравствуй?
Какою фразою почтить
Минуту встречи столь злосчастной,
Чтобы сильней тебя позлить?

Человек:

И эту встречу ты давече
При всей своей надменной речи
Мне так напыщенно предрек?
Прекрасно! А...какой же толк?

Чёрт:

Я как давече повторю —
"Гляди в меня". Мой милый раб!
Я для тебя приподнесу
Из наслажденья едкий крап.

Человек:

Я не послушаю совета,
А вместо нового ответа,
Подумай, что ты произнес!
Назвал рабом! Плешивый пёс!

Чёрт:

А что? Своими именами
Уже нельзя назвать людей?
С такими милыми глазами...
С тобою должно понежней!

Человек:

Из пламя в полымя меня,
Бросаешь словом не щадя!
Но место знай, ничтожна тварь!
Пока не вспламенел алтарь!

Чёрт:

Ты глуп! Наивен! Слишком горд!
Едва покинул матче ложе,
И как древнейших древних лорд
Себя узрел в бессмертной коже!

Человек:

Хоть я упал до гадкой брани,
Смотря в твои рога бараньи,
Но все ж тебя остерегу!
Уж нерв дрожит на моем лбу!

Чёрт:

Довольно жалких начинаний!
Ты б устыдился полумер
Да и монаших подражаний,
Ты жалкой доблести пример.

Человек:

Ведь точно крепок череп твой!
Его сейчас своей рукой,
Хвачу со зла, болтливый чёрт,
Коль тебя старость на берет!

Чёрт:

Мне умолять или смеяться?
Ты верно, точно! Позабыл!
Тебя я звал, а ты — брыкаться,
И все ж прошенье претворил.

Человек:

И протворю сквозь череп твой!
Чтоб и язык стал как немой
От боли скорчившись немало,
Твои рога торчали нагло!

Ночь:

И две руки, схватив рога,
Их потянули на себя,
И черт краплеными пятнами
Кровь лил безмерными мотками.
"И вот... тебя я! наградил!..",
То черт в агоньи процедил,
Меж тем улыбку прорывая,
Стоная, верно умирая.
А вместе с тем, в крови заветной,
С уродливым от зла лицом,
Держа от твари той геенной
Рога с пылающим огнем,
Стоит и сам палач забвенный,
Изобличившись в сатану,
По сердце кровью обагренный,
Прожженный гневом на корню.

Чёрт:

Мне верить сразу не хотел,
Но вот в порочном наслажденьи
Исполнил, что я повелел,
И жди теперь в дыму томленье.