Опасные игры

Настольный теннис
Я, двадцатидвухлетний холостой парень небольшого роста, студент вечернего строительного института, устроился на работу в новосибирский проектный зональный институт на должность исполняющий обязанности инженера, где во время проветривание помещений два раза в день сотрудники играли в настольный теннис. Теннисный стол находился в фойе второго этажа здания института. До этого времени я никогда не играл в настольный теннис и решил попробовать. Теннисной ракетки у меня не было и мне предложили поиграть старой ракеткой, у которой деревянная рукоятка была короткой. Для хорошей игры в последующие дни опытные игроки посоветовали мне в спортивном магазине купить к старой ракетке новые накладки и приклеить их резиновым клеем сверху на старые изношенные накладки. Я так и сделал. Ракетка стала тяжёлой, а рукоятка основания осталась прежней, нестандартно короткой.
Во время первого проветривания помещений, в фойе второго этажа здания собралось много сотрудников поиграть в настольный теннис, и когда подошла моя очередь, я уже своей отремонтированной тяжёлой ракеткой с короткой рукояткой стал от теннисного стола отбивать мяч.
На второй подаче мяч над столом оказался высоко и мне кто-то из сотрудников крикнул:
 – Бей.
Я машинально послушался совета опытного игрока, размахнувшись правой рукой со всей силы с плеча, ударил по мячу и промахнулся. Моя отремонтированная тяжёлая ракетка с короткой рукояткой выскользнула из вспотевшей ладони и, описывая в воздухе круговое вращение, с огромной скоростью полетела на противника. Противник успел пригнуться, у него была отменная реакция, так как давно он играл в настольный теннис. Пролетев над головой пригнувшего противника, моя тяжёлая ракетка врезалась в огромное витражное окно фойе второго этажа и, разбив первое стекло, упала перед вторым. Я осмотрелся и увидел, что всех сотрудников, наблюдавших за игрой, как будто ветром сдуло с фойе. Кроме меня и противника в фойе второго этажа никого из сотрудников не осталось.
Чтобы скрыть разбитого большое стекло витражного окна от удара моей тяжёлой ракеткой, мой противник предложил хорошую идею:
 - Давай снимем со стены огромный горизонтальный деревянный длинный щит, на котором висят вертикально в два ряда портреты наших начальников, ударников социалистического труда, и закроим им разбитое витражное стекло.
Мне идея его понравилась, мы с большим трудом сняли со стены огромный деревянный длинный щит, волоком по бетонному полу дотащили его к витражному окну и, прислонив вертикально, закрыли им разбитое витражное стекло. Я посмотрел на огромный длинный деревянный щит, который поставили вертикально и обратил внимание, что портреты наших начальников, ударников социалистического труда, висят теперь горизонтально.
 - Не обидятся на нас начальники, ударники социалистического труда, что их лица на портретах теперь расположены на боку, - спросил я противника по игре в настольный теннис.
 - Начальникам перед высшим руководством не привыкать свои лица наклонять на бок, - улыбаясь, ответил мне противник по игре в настольный теннис.
Если бы не хорошая реакция противника, то тяжёлая ракетка, вылетевшая из моей вспотевшей ладони, лишила бы его здоровья. Игра в настольный теннис, очень опасна.
Шахматы
Могу сказать, что шахматы самая опасная игра. В период перестройки проектных работ было мало в новосибирском проектном институте, дисциплина отсутствовала и мы, сотрудники, чтобы скоротать рабочее время играли в шахматы. Начальник группы отдела промышленного проектирования Александр Петров, пятидесятилетний женатый крупный мужчина, был заядлым и азартным игроком в шахматы. Из-за отсутствия проектных работ, многие сотрудники ушли из проектного института в торговлю, и играть в шахматы стало мало желающих.
Проходя по коридору здания института мимо открытой двери в комнату, в которой работал Петров, я, сорокапятилетний женатый небольшого роста мужчина, увидел стол с шахматной доской и расставленными фигурами на ней. Александр Петров, заметив меня через открытую дверь в коридор, любезно пригласил с ним поиграть в шахматы. Так я начал ежедневно с Петровым играть в шахматы по несколько часов в рабочий день. Играл я хуже, чем Александр и поэтому он относился доброжелательно, когда я проигрывал. Стол был специально изготовлен в советское время для игры в шахматы. Столешница была размером метр на метр и на ней под оргстеклом была бумажная доска. Сами шахматные фигуры около двадцати сантиметров в высоту были сделаны из цельных пород древесины и покрыты бесцветным лаком.
В очередной раз в рабочее время, когда я играл партию в шахматы с Александром, то, вокруг нас столпились сотрудницы, подчиненные Петрову, которые болели за своего начальника. Игра складывалась равноценная, как вдруг появился в комнате через открытую дверь из коридора инженер нашего гражданского отдела Козлов. Козлов, пятидесятилетний среднего телосложения женатый мужчина, тихо подошёл к нам, и за моей спиной начал наблюдать за игрой в шахматы, болея за меня. Играли мы, молча и когда я стал обдумывать какой фигурой сходить, чтобы обыграть противника, Козлов вдруг неожиданно из-за моей спины вслух подсказал мне ход.
Я задумался на две минуты и с усмешкой доброжелательно сказал Петрову:
 – Александр, если я схожу, как мне посоветовал Козлов, то тебе будет мат.
Такого Петрова до этого момента я ещё никогда не видел. Со всего маха Александр своими огромными руками сильно ударил по шахматной доске так, что фигуры с доски полетели, как пули в разные стороны.
Лицо Петрова налилось кровью, и он злобно крикнул Козлову:
 - Ещё раз зайдешь в нашу комнату, убью.
Я оглянулся и увидел, что Козлова из комнаты, как будто ветром сдуло. Сотрудницы, чтобы угодить начальнику Петрову стали поспешно собирать с пола упавшие фигуры и ставить их на шахматный стол.
Чтобы как то успокоить Александра я сказал ему:
 – Мой выигрыш в этой партии из-за подсказки Козлова будем считать не действительным.
Мысленно для себя решил: «Лучше не подсказывать игрокам в шахматы, потому, что проигравший игрок, нервничая, может и убить».
Игра в шахматы очень опасна.