Встреча с Омаром Хайямом. Продолжение

...Продолжение

Дорога к Нишапурскому кварталу парфюмеров вела через выжженные солнцем холмы.
Рубиновый туман Хайяма постепенно рассеивался в глазах Фариджнуна, уступая место
привычной серой мари. Но вкус мистического вина все еще таял на его языке.

Юноша шел непривычно тихо, мерно ударяя посохом о каменистую почву,
словно отсчитывая удары невидимого сердца.

Фариджнун:
"Но если жизнь - не больше капли,
Что тонет в зыбких миражах,
В прудах, где склёвывают цапли
Мгновений стайки в камышах,

Зачем писать, творить, влюбляться,
Искать одну из сотен строк?
Быть может, лучше не рождаться?
Взметает ветер дней песок!

Какая радость, если Вечность -
Из умирающих минут,
Мгновений бренных скоротечность,
Игра обманчивых причуд?"

Дервиш Мусафир:
"Ты спутал Вечность с бесконечным,
С дорогой долгой без конца,
С размером столь бесчеловечным,
Что спесь слетает с мудреца.

Бутон колючки придорожной
Сорви, в ладонях разотри,
И этой малостью ничтожной
Украсят Вечность пустыри.

Он цвёл весной всего лишь сутки.
Засох. Но искра красоты,
Что теплилась в груди малютки
Среди бесплодной духоты, -

Она бесследно не погасла,
Пыльцу оставив пустырю,
Как драгоценнейшее масло,
Вернулась к своему Творцу".

Фариджнун сжал пальцы. Сухой бутон с тихим хрустом рассыпался в прах, и в воздухе
на мгновение вспыхнул едва уловимый, горьковатый аромат ушедшей весны.

Дервиш Мусафир:
"Всё временное - только форма,
Кувшин, где Вечность как вода.
Все формы сгинут в пене шторма,
А Океан не знает дна.

Хайям не перед смертью сдаться,
Тебя просил, а не искать
В туманном будущем оваций -
Живёт лишь мигом благодать.

Когда сознание созрело,
В нём места нет небытию.
Пей воду жизни жадно, смело,
Когда ты любишь Альфию.

Разрушив времени запруду,
Любовь заполнит пустыри.
Влюблён - и в эту же минуту
Живёшь у Вечности внутри.

И не отнимут чингизиды,
Взгляни в сияющий Зенит:
Исчезнут даже пирамиды,
Твой миг ему принадлежит".

Фариджнун долго молчал, пересыпая пальцами прах цветка, смешанный с дорожной пылью.
Метафоры старца легли на его сердце умиротворяющим узором.

Фариджнун:
- Значит, моя поэма - это кувшин,
(прошептал он, снова пускаясь в путь).
- А Альфия - вода в нем.
Я должен сделать кувшин достаточно прочным, чтобы удержать её.

24 июля 2026

...Продолжение следует