Уязвимость

 
«Лучшие люди на Земле умеют чувствовать красоту,
имеют смелость рисковать и силы говорить правду.
И именно эти качества делают их очень уязвимыми».
— Эрнест Хемингуэй


[Уязвимость как сверхсила]


Не бойся быть неидеальным,
Смешным, растерянным, живым.
Мы в этом мире виртуальном
Горды в желанье быть стальным.

Мы прячем шрамы под одеждой,
Свои ошибки — за фасад.
И заменяем крик надежды
На равнодушный, гордый взгляд.

Но стих рождается из боли,
Из откровенного «прости»,
Из затянувшейся мозоли
И неспособности нести
Весь этот груз чужих мечтаний,
Что тяжелей, чем валуны.
Среди фальшивых очертаний
Мы только в слабости честны.

В доспехах душно. Сбросьте латы.
Пускай сквозь кожу — сквозняки.
Мы уязвимостью богаты.
Мы ей сильны. Пиши... Живи...


Мария Жидиляева
Июль 24-2026


http://stihi.ru/diary/jmarisia/2026-07-24
"Мысли дня. Ода уязвимости Путь к настоящей силе!"
Страница дневника о самом трудном и важном мужестве —
смелости снять доспехи. О том, почему стихи рождаются
только из шрамов, а уязвимость является нашей
единственной истинной силой. Приглашаю к размышлению.


Рецензии
Дорогие читатели и авторы!
.
Для меня эта запись — своего рода исповедь. В творческой среде легко спрятаться за красивую рифму или сложную метафору, но самое сложное — это выйти к читателю без масок, живым и неидеальным.
.
Как часто вам самим приходится выбирать между безопасной «броней» и пугающей, но честной уязвимостью в жизни или в стихах? Буду рада услышать ваши мысли в рецензиях.

С признательностью,
Мария

Жидиляева Мария Витольдовна   24.07.2026 17:24     Заявить о нарушении
В жизни земной выбирать не приходиться,
Об этом всегда Господь наш заботится...

Вениамин Шилькрут 2   25.07.2026 19:39   Заявить о нарушении
Здравствуйте, Вениамин!

Прошу прощения, что не сразу ответила вам — ваши строки потребовали времени на размышление, они заставляют остановиться и задуматься о самом главном.

Вы абсолютно правы в высшем, метафизическом смысле: есть полярные точки нашего земного бытия, перед которыми мы бессильны. Мы не выбираем момент своего прихода в этот мир и не вольны отменить час, когда Господь призывает душу в вечность. И в том, как принять эти неизбежные, порой глубоко ранящие нас обстоятельства, действительно кроется великое смирение и доверие Божественному промыслу — понимание, что в конечном счете обо всем позаботится Он.

Но мне кажется, что в пространстве между этими незыблемыми границами — между рождением и вечностью — нам все же оставлена великая свобода воли. И уязвимость, о которой я пишу, — это не пассивная обреченность, а наш ежедневный, осознанный выбор.

Когда мир ранит нас, автоматическая реакция эго — закрыться, нарастить толстую психологическую броню, стать "стальными", равнодушными, безопасными для самих себя. Надеть латы — легко, это защитный рефлекс. А вот сбросить доспехи, выйти к людям "без кожи", обнажить свои шрамы, ошибки и живую боль в стихах или в жизни — это требует колоссального волевого усилия. Мне самой после ухода в вечность родного человека было очень не просто это сделать, и я знаю, как силен соблазн закрыться в своей скорби и боли навсегда, в том числе и в творчестве.

Уязвимость — это выбор пойти на риск. Риск быть непонятым, раненым, отвергнутым. Но мы сознательно выбираем этот риск, потому что только через эту открытость, через эти "сквозняки сквозь кожу" мы остаемся по-настоящему живыми, способными чувствовать красоту, любить и созидать.

Мы не можем выбрать ветры, которые дуют в нашей жизни, но в нашей воле — распахнуть им окна или заколотить их досками. И творчество для меня — это как раз выбор в пользу распахнутых окон, вопреки любому страху.
.
С признательностью,
Мария

Жидиляева Мария Витольдовна   03.08.2026 01:17   Заявить о нарушении