Транзитный роман с Новосибирском

Туман над Обью, сизоватый,
Тяжёлым облаком свисал!
И город утренний, помятый,
В нём понемногу проступал!
Мосты тянулись из тумана,
Свет отражался от воды.
А август медленно и странно
Стирал июльские следы.

Ещё тепло. Ещё не осень.
Ещё зелёные дворы.
Но ветер что-то тихо носит,
Смывая запахи жары.
И солнце ниже над домами,
И вечер раньше за окном.
И пахнет мокрыми дворами,
Дождём, спокойствием, теплом.

Мой город вылеплен небрежно
Из старых крыш и новых стен.
Но в этом есть глухая нежность
И ироничный, тихий плен.
Здесь Обь несёт свои рассветы,
Смывая в воду суету.
И я, как зритель в конце лета,
Смотрю в живую пустоту.

Трамвай звенит на перекрёстке,
Увозит сонную толпу.
И день, немного жёсткий, хлёсткий,
Врастает в шумную толпу.
А город занят вечным делом —
Шумит, ругается, живёт.
И над его усталым телом
Прозрачный август проплывёт.

Я столько раз хотел отсюда —
Туда, где море и тепло.
Где снег не валит ниоткуда
И в мае снова не бело.
Но стоит августу над Обью
Разлить туман среди огней —
Я с ироничною любовью
Смотрю на графику теней.

Мой город вылеплен небрежно
Из старых крыш и новых стен.
Но в этом есть глухая нежность
И ироничный, тихий плен.
Здесь лето кОротко, как детство,
И осень ждёт у фонаря.
Но от себя куда мне деться?
Здесь начинается заря.

Текст от автора.
В этом городе я живу уже больше тридцати лет. Новосибирск - не мой родной город, но, к собственному удивлению, я умудрился в него немного влюбиться. Впервые меня занесло сюда проездом больше сорока лет назад: ехал поступать в военное училище. Мы проторчали тогда на вокзале почти двенадцать часов, и вряд ли я мог подумать, что этот транзитный пункт однажды затянет меня так надолго.

Потом жизнь, как водится, основательно помотала: Москва, Питер, Волгоград... И каким-то ироничным бумерангом меня снова прибило к берегам Оби.

Музу с этими стихами я пристрастно пытал почти год. Признаться честно, изначально хотелось написать просто про август - без всякой географической привязки и краеведческой лирики. Но вышло то, что вышло. Видимо, от сибирского тумана, как и от самого себя, деться действительно некуда.