Три тишины самурая. 3. Кидзукарэ

                3. Кидзукарэ. Невидимые раны


В саду смолкал среди камней родник,
Луна скользила по клинку катаны.
Доспехи снял — и только в этот миг
Почувствовал невидимые раны.

Он знал, когда учтиво промолчать,
Чтоб сохранить спокойствие другого;
Умел чужую тягость замечать,
Не говоря о собственной ни слова.

И день за днём внимательность росла,
Как мох, что камень медленно скрывает.
Не битва — эта вежливость была
Тем лезвием, что сердце истощает.

Он видел прежде, чем звучал вопрос,
Чужую боль под сдержанностью взгляда;
И груз  невысказанного нёс,
Как будто так судьбой ему и надо.

И только сад, где ветер стих вдали,
Не ждал от сердца правильных ответов.
Там лепестки на гладь воды легли,
Свободные от клятв и этикетов.

Он понял: честь — не вечная броня,
А чуткость — не служение до края.
И наконец услышал он себя,
Других по-прежнему не забывая.





Кидзукарэ (яп.) — душевная усталость, возникающая из-за постоянной внимательности к другим, внутреннего напряжения и необходимости всё время следить за своими словами и поступками.