Нет, не в руке, а на ветке синица...

Нет, не в руке, а на ветке синица.
Там, где волна с берегами играет,
А вот журавль непойманной птицей
Счастьем несбывшимся прочь улетает.

Если бы птица была той основой,
Что разрушает обиды, сомненья,
Сердце рвануться за нею готово
Через преграды, укоры, лишенья.

Только ведь снова мечтанья обманут,
Руку разжав, пустоту в ней увидишь,
И все цветы обещаний завянут,
Станут лишь призраком, как древний Китеж.

Где для любви есть обитель святая?
Кто и когда мне укажет тот путь,
Что избрала журавлиная стая,
Как отыскать, как с неё не свернуть?

Что же опять жить одною надеждой,
Стоя на росстанях милости ждать,
Что прилетит ко мне ангел безгрешный,
Тайну откроет, где счастья пытать?

Нет уж, не надо! Сама стану птицей,
Взмахом единым достигну небес,
И не нужна мне пискунья синица,
Коли из сердца журавль исчез.

Жизнь меня долго со смаком жевала,
Ночь торопилась отдать дню штурвал,
Я не пропала, в борьбе не сломалась,
Не по зубам! Моя плоть из металла,
Разве ты, Отче, про это не знал?